Page 87 - Борогонские якуты

ях». По этому указу «...ограничивались, если не исключались, случаи прямого вмеша- тельства
служилых людей в дела улусного населения...» (Якутия: Природа. История. Этнография. Совре­
менность: историко-культурный атлас, С. 217).
Представительство, царь принял по всем правилам приема официальных посольств, бук­
вально по дням и часам была расписана «программа» десятидневного пребывания в столице;
проживание, питание и другие бытовые вопросы решались в соответствии с традициями рус­
ского гостеприимства. Это был большой успех. Приобретение тойонами официального титула
князца имело большие последствия. С этого момента начался новый этап, во взаимоотношени­
ях якутской знати и Московского государства.
Князцы активизировали свою деятельность во всех отношениях. Это и понятно. Они
отныне считались официально признанными представителями отдельных улусов (ясачных
волостей) и получали право представлять властям все население улуса. Также князья стали
официально привлекаться к сбору ясака. Так «В 1693 году два крупнейших якутских князца
Чука Капчинов и Мазары Бозеков были посланы воеводой вместе с казаками для ликвидации
восстания неукротимых индигирских ламутов; князцы во главе вооруженного отряда в 28 че­
ловек совместно с русскими служилыми людьми выступили в бой с «изменниками ламутами»
и отбив их нападение, завязали с ними переговоры, добиваясь, чтобы восставшие сложили
оружие» (Токарев, 1945, с. 292).

Турчак Бочуков и сыщик Петра Великого
В погоне за авторитетом и в целях увеличения политического веса в обществе отдельные
тойоны уже тогда начали приобретать звания детей боярских. Так в 1680 г. успетский якут Тю-
сеней Быркинин, «будучи на Москве, пожелал православные христианские веры и крестился»,
и на этом основании он изменил свое имя на Ивана Семенова, ему было «велено государеву
службу служить в Якуцком в делах боярских». Такой
честью в первое время пользовались, по-видимому,
единицы. Право участия якутских тойонов в сборе
ясака с расширением контрольных функций полу­
чила дальнейшее развитие лишь в начале XVIII в. До
этого в настойчивых стремлениях якутских тоенов с
просьбой пропустить их «к Москве» для челобитья
великому государью «о всяких своих нуждах» во­
еводы, вполне естественно, отказывали. В архивах
сохранилось огромное количество ранних челобит­
ных, в которых содержатся жалобы на многочислен­
ные злоупотребления воевод, приказчиков и служи­
лых людей. Все это заставляло якутскую знать искать
обходные пути. Так, по утверждению академика С.А.
Токарева: «В 1695 г. борогонскому тойону Турчаку
Бочукову удалось пробраться «тайным обычаем» из
Якутска в Москву (вместе с сыщиком Качановым)
для жалобы на воеводу Гагарина» (НИА СПбИИ РАН.
Кор.226, без номера).