Page 14 - Untitled

Дома у нас была большая библиотека. Собрание сочинений рус­
ских, советских, зарубежных классиков. Однотомники отдельных
произведений. Книги по истории, естествознанию, искусству, во­
енному делу, домоводству и, конечно, краеведческая литература. В
городе тогда хороших книг в продаже почти не было. Подбирал, на­
ходил, покупал и привозил их из командировок наш папа. Он счи­
тал, что книги — это самое лучшее, что нужно детям «для становле­
ния личности, познания мира». Нас у родителей было пятеро детей,
и долгими зимними вечерами мы все любили читать книги. Наш
папа — известный якутский поэт, государственный и общественный
деятель Васильев Сергей Степанович был обаятельнейшим челове­
ком. Высоким, стройным, очень красивым. С большими черными
лучистыми глазами и роскошными волнистыми волосами. Его уве­
ренность, убежденность в своей правоте, человеколюбие и беско­
нечная, почти детская вера в силу добра и справедливости снискали
любовь и уважение людей, которые его окружали. Наша мама. С не­
правильными чертами лица, но в этой неправильности — вся жен­
ская прелесть и красота. В свое время училась в первой советской
показательной гимназии и была воспитана в духе тех лет — знать и
уметь все. Ее звали Анна Наумовна Охлопкова.
Когда я пришла в библиотеку, то устроилась в качестве временно­
го работника в отдел периодики у Анастасии Петровны Арефьевой.
Красивая она была — до мурашек на коже. Высокая, статная. На смуг­
лом лице — черные очи и необыкновенные волосы, каждый волос
кучерявился в автономном режиме, а вместе это было нечто... Одна
из первых комсомолок-якуток, жена красного командира. Пламен­
ная коммунистка.
Отдел тогда размещался в здании бывшей церкви по ул. Кирова
около зеленого рынка. Как сейчас помню: жаркое пыльное лето в го­
роде, в читальном зале ни одной души, Анастасия Петровна ушла на
очередное собрание в «Обкомол» (это летом-то?), а я осталась одна
среди высоченных трехъярусных стеллажей со множеством газет и
журналов. Надо сказать, что в нашей библиотеке уже тогда были бо­
гатейшие фонды периодики, начиная с дореволюционных изданий,
и я с таким увлечением пролистывала и читала всю эту газетную и
журнальную прелесть, забывая обо всем, даже о том, что я совер­
шенно одна-одинешенька во всем этом огромном здании — бывшей
церкви; забывая о мышах, привидениях, которые, по старой библио­
течной легенде, говорят, водятся здесь, но читают, дескать, они толь­
ко по ночам, и тогда бывают особенно четко слышны шарканье их