Page 21 - Untitled

моей жизни, как у всех тех, кто пережил эту прекрасную пору сту­
денчества.
Москва тогда была другой. Другого облика и настроения. Она
была столицей Союза Советских Социалистических Республик, и
это обязывало всех нас, советских людей, ко многому. Москвичи, в
большей части коренные москвичи, были радушны, вежливы, госте­
приимны. Приезжие чувствовали себя гостями и вели себя соответ­
ственно своему статусу — ни грубого слова, ни перебранки. Улицы
сверкали чистотой — их с утра пораньше убирали дворники в белых
фартуках.
На каждом углу сидели чистильщики обуви. Во всем этом было
что-то патриархальное от старой доброй Москвы.
Большие, сверкающие чистотой окна и витрины многочислен­
ных магазинов отражали яркое солнце, чистое небо и блеск проез­
жающих автомобилей.
Конечно, за всем этим великолепием была другая сторона жизни.
Сплошной дефицит всего и длинные-длинные очереди. Опять же
разобраться, советский народ только начинал жить в относительном
достатке, только начали появляться в продаже красивые, добротные
вещи, качественные продукты питания, и в основном пока все это
было только в Москве...
Во МГИКе, Московском государственном институте культуры,
учились студенты со всего Советского Союза. Нам было интерес­
но, весело, жили дружно, уважая национальные особенности и тра­
диции каждого из нас. А сегодня думаешь, что случилось со всеми
нами, откуда столько злобы, ненависти и нетерпимости, которая как
ржа разъела и разрушила все? Да и в нашей российской действи­
тельности, у нас дома оказалось не так все просто.
О моих, наших преподавателях
Многие из них, если можно так выразиться, были живыми клас­
сиками библиотечного дела. Очень любили свою преподаватель­
скую работу и нас, студентов. Как было принято в студенческой сре­
де, мы рассказывали о них байки, слагали легенды. Назвать ли их
поименно, интересно ли это сейчас тем, кто ныне занимается по их
учебникам?
Левандовский Анатолий Петрович, известный всем знатокам
истории средних веков. Это его книги о Жанне дАрк, Дантоне...
Его лекции — это переполненные аудитории и ТИШИНА! Был слы­
шен только его голос — громогласный, с великолепной дикцией, с
богатством и разнообразием интонаций, с большим количеством

■ 19.-=г-’