Page 68 - Они защищали Ленинград

лось? В госпиталях работать некому, а им привыкла — трупы в госпитале и на ули-
фронт подавай! Герои, тоже мне! Выгнала. це уже не вызывали ни страха, ни каких
Госпиталь так госпиталь. Тогда не выби- иных чувств — все чувства были убиты од-
рали, пошли в военкомат, и там нам вру- ним, голодом. Днем и ночью, на работе и
чили направления в сортировочный госпи- во время отдыха особенно перед глазами
таль. Размещался он в школе, раненых ту- стояла еда. И не просто еда, а хлеб. И не
да к нашему приходу возили уже на трам- какой-нибудь, а именно тот, рецепт которо-
вае. В госпитале крики, ругань. Люди ле- го сейчас в музее. Все иные продукты бы-
жат вповалку прямо на полу. Санитаров не ли понятиями из другого мира и о них про-
хватает, поэтому нас приняли как родных. сто не могло думаться.
Выдали вместо халатов мужские вязаные В институте с нами учились и мои зем-
рубахи, и началась наша госпитальная ляки-парни. Во время блокады трое из них
жизнь. Работали в спортзале, где и проис- Николай Гермогенов, Илья Карамзин и Пе-
ходила сортировка раненых. Холода нача- тя Соловьев сражались в войсках, а Павел
лись, печку топили мебелью. Чего там на- Алексеев ушел в ополчение. Однажды при-
виделась, рассказывать не буду — страшно шла открытка от Николая — ранило в но-
все это. Хотя случались и светлые минут- гу, попал в госпиталь, что находился в зда-
ки. Доктор у нас был — ох уж злым ка- нии филармонии, потом в госпиталь на Ва-
зался. Все время на нас кричал, всем был сильевском острове попал Соловьев. Мы хо-
недоволен. На глаза ему старались не по- дили к ним в свободное время.
падаться. И вдруг однажды собирает он нас Для нас, девушек, блокада кончилась
всех, кто из института, ведет в спортзал и раньше, чем для парней. Нас эвакуировали
выстраивает перед ранеными. Ой, думаю, 2 февраля. В Кирове рассталась я со свои-
стыд-то какой, сейчас прилюдно отчитывать ми подругами. А до этого, на станции Жи-
будет. А он говорит: “Товарищи бойцы! Вот харево, куда нас вывезли из Ленинграда, я
эти девушки приехали в Ленинград с Край- испытала самый страшный день. Там нам
него Севера, чтобы учиться. И добровольно выдали сразу двухдневные пайки — по два
остались здесь, чтобы помогать оборонять ковшика супа и по восемьсот граммов хле-
наш город. Так что прошу вас не обижать ба. Кто-то, уж и не помню кто, удержал
их и во всем слушаться”. меня от того, чтобы не набросится сразу на
Такой вот оказался наш доктор. И ругал- всю эту еду. Но какая это была мука —
ся-то он от того, что сам с ног валился, а иметь сразу столько и не съесть. Многие не
раненых становилось все больше и больше. выдерживали. Съедали все. И тут же уми-
День работали, два отдыхали, а то езди- рали.
ли на окраину города рыть окопы. К это- До Иркутска добирались полтора месяца
му времени уже начался голод, и нас пос- в товарном вагоне с печкой. Когда верну-
тоянно бомбили. Осенью погибли два моих лась в Томмот, уже была весна.
товарища. Шмакову Лену, она была с Кам-
В. ТАЮРСКИЙ,
чатки, убило бомбой. Павел Михалев из газета “Социалистическая Якутия”
Нюрбы умер от голода. А потом к смертям 09.05.89 г.

БЛОКАДА, ВОЕННЫЙ ГОСПИТАЛЬ -
ВЕХИ МОЕЙ ВОЙНЫ

Родилась в 1927 г. в Ленинграде, пережи- щиком, а мама — на фарфоровом заводе.
ла блокаду. После школы медсестер в 1942 В семье было трое детей. Нашу семью ра-
г. начала службу в госпитале. По прорыву но постигло горе — папа попал в 1934 го-
блокады эвакогоспиталь № 1116 передисло- ду под поезд и ему отняли обе ноги ниже
цировался под Варшаву. Демобилизовалась колен, мама поднимала нас одна. Мы маме
в 1945 г. Награждена орденом Отечествен- помогали по хозяйству, ухаживали за отцом
ной войны 2-й ст., медалями “За оборону и уже с этого времени я все чаще стала
Ленинграда”, “За взятие Варшавы”, “За по- мечтать о профессии доктора.
беду над Германией” и др. В 1941 году началась война, все школы
были переоборудованы под госпитали. В
Родилась я в Ленинграде в семье рабоче- сентябре Ленинград был отрезан от суши.
го. Папа работал на железной дороге сцеп- Все население города выходило на оборони-

- 6 4 -