Page 254 - Колодезниковы

До конца XIX века наши крестьяне жили строго оседло в сельской общине.
Среди них не было ни грамотных, ни мастеровых, чтобы уходить в города хотя бы
на временные заработки. Это в известной мере ограничивалось и незнанием
русского языка, ибо города и промышленные центры преимущественно были
населены русскими. Поэтому, несмотря на резкое малоземелье, наши крестьяне
вынуждены были довольствоваться весьма скудными средствами для жизни,
получаемыми от крошечного (малоземельного) крестьянского хозяйства.
В общине земельные участки — полосы по 0,15-0,30 га подвергались переделу
(перераспределению) каждые 10-12 лет по дворам соответственно числу муж­
ских душ. Участки делились по жребию. Души, народившиеся в промежутке
между переделами, землю не получали, равно и умершие в этот период ее
не лишались. Это был очень несправедливый порядок землепользования. Семьи,
состоящие преимущественно из женщин, имели весьма ограниченные наделы
земли и вынуждены были идти внаём к состоятельным хозяевам, составляя
отряд сезонных рабочих на уборке урожая и др. Уровень жизни большинства
крестьян был весьма низок. Они ютились в однокомнатных небольших деревян­
ных домах, без всяких удобств. В зимнюю стужу в этих домах появлялись теле­
нок и ягнята, в специально устроенных для них углублениях под нарами. В этих
условиях ни о какой санитарии и гигиене не могло быть и речи. В домах почти
не было мебели, кроме стола и скамеек из простых досок. Постоянных постелей
и кроватей не имелось. Правда, иногда устраивались полати и широкие скамей­
ки (лежанки). Дети, которых в большинстве домов было достаточно, спали
на полу, на соломенных матрацах, некоторые устраивались на печи. Лишь в лет­
нее время дети находили “приволье”, устраиваясь в сенях, на сеновале, в саду.
Абсолютное большинство не имело постельного белья, оно заменялось старой
одеждой — кафтанами, мешковиной и др.
Убогими были и надворные постройки — в большинстве дворов стояли кро­
шечные амбары (клети), сараи и помещения для малочисленного поголовья
домашнего скота.
У большинства средних хозяйств была лошадь, корова с подтелком, подсви­
нок, 5-6 овец, десяток кур-несушек. Из 190 дворов в нашей деревне ни один двор
не имел двух коров. Лишь два хозяйства имели по две лошади и плуг. Остальные
обрабатывали землю деревянной сохой и деревянной бороной. Сеяли хлеб —
брали зерно рукой из лукошек, а убирали серпом, молотили деревянными цепя­
ми, веяли лопатой (очищали) на ветру. Безлошадные хозяйства (их было немало)
вынуждены были идти к лошадным хозяйствам совершать устные сделки
на обработку надела земли, или же просто сдавали землю в аренду. Значительное
число безлошадных хозяйств были в состоянии содержать лишь козу да несколь­
ко голов овец.
Жизнь крестьян нашей местности находилась в каком-то заколдованном
круге. Население росло, соответственно увеличивалось и поголовье скота,
а земли оставались в тех же старых границах и на едока приходилось менее
одного га. При примитивном ведении трехпольного земледелия урожайность
хлебов оставалась весьма низкой. Отсюда нарастало общее обнищание: населе­
ние недоедало, было на грани вымирания. Из-за недостатка кормов скот мель­
чал, становился малопродуктивным. Лошаденки мелкие, слабосильные, весной
еле таскали деревянную соху. Коровы беспородные, мелкие, давали мало моло­

252