Page 260 - Колодезниковы

вынужденной идти на отходные работы в города и промышленные районы,
обычно населенные русскими.
Известно, распространению грамотности среди мелких народностей Поволжья,
в том числе и чувашей, всемерно содействовали и принимали непосредственное
участие представители передовой интеллигенции, как Н.И. Ильминский — попе­
читель народных училищ Казанской губернии, Илья Николаевич Ульянов —
инспектор училищ Симбирской губернии, Иван
Яковлевич Яковлев — директор Симбирской Чувашской учительской семинарии
и др. Наш народ глубоко чтит память об этих просветителях: имя И.Н. Ульянова
носит Чувашский государственный университет, а имя И. Я. Яковлева присвоено
Чувашскому Педагогическому институту. Обоим воздвигнуты бронзовые бюсты
в городе Чебоксарах.
И. Я. Яковлев 50 лет состоял директором Симбирской (теперь Ульяновск)
Чувашской учительской школы (семинарии). Эта школа подготовила тысячи учи­
телей для чувашских школ. В нелегкой, в царское время, деятельности И. Я. Яковлеву
всемерно содействовал И.Н. Ульянов, и В.И. Ленин знал И.Я. Яковлева и чувашей.
Он — гимназист, в одно время безвозмездно подготовил бедного учителя из чува­
шей — Огородникова к поступлению в университет. Огородников успешно закон­
чил в Казанском университете физико-математический факультет и после рабо­
тал учителем в Чувашской учительской семинарии, но вскоре умер от туберкуле­
за.
Последние годы И.Я. Яковлев жил в Москве у дочери Лиды, которая была заму­
жем за А.Д. Некрасовым, профессором Тимирязевской сельскохозяйственной
академии. Сын и внук его были профессорами Московского университета.
И. Я. Яковлев покоится на Ваганьковском кладбище в городе Москве, на большом
мраморном кресте надпись: «Учитель Чувашского народа Иван Яковлевич Яковлев
(1848-1930 гг.)».
В мое время значительная часть мальчиков заканчивала 4-классную
церковно-приходскую школу. До этого наши родители оставались неграмотными.
Лишь единицы из них получали 1-2-летнее обучение, посещая школы в более
крупных соседних селах (Тюрлема, Аттиково). Но и с открытием школы в нашей
деревне многие оставались неграмотными. В 1910 году в нашей школе в двух
классах обучались не более 60 учеников. Из-за отсутствия помещения и штата
учителей прием производился через год по 30 учеников. Отсюда, в составе перво­
классников оказывались 8-9-10-летние. Следовательно, в среднем годовой прием
был лишь 15 человек. Это, конечно, было крайне недостаточно для селения
в 190 дворов. За бортом школы оставалось большинство детей, особенно девочки.
В нашем классе в 1910 году в числе 34 учеников было только шесть девочек.
Вначале у нас не было специального помещения для школы. Занятия проходи­
ли в старом доме учителя Александра Васильевича, арендуемом у него обществом
села. Единственный учитель был без образования и звания, из своих же крестьян
с низшим образованием. Учил он одновременно два класса в одной комнате, при­
вычно переключаясь с одного класса на другой, с русского языка на арифметику,
добивался того, чтобы все сосредоточенно работали. Конечно, упор был на усвое­
ние начальной грамоты — чтение и письмо, русский язык и закон божий. Закон
божий занимал много времени и был для нас очень трудным. Надо было усвоить
на славянском языке основы богослужения и молитвы. Каждое воскресенье

258