Page 261 - Колодезниковы

Глава 12 РОДОСЛОВНАЯ СЕМЬИ ТУКТАГУЛОВ ТАХТАКИ TABPALUE
и праздники ученики последних классов пели хором в церкви. Много времени
уделялось урокам чистописания и русскому языку. Александр Васильевич, хотя
был лишь учителем-практиком, но с обязанностями учителя начальной школы
справлялся успешно. Он до крайности был требовательным, применял и теле­
сные наказания. Пускал в ход линейку, ставил на колени, оставлял без обеда и др.
Мало учеников он отчислял из школы, таких бывало один из 10. Никто возражать
ему на это не мог.
В таких тяжелых условиях Александр Васильевич выучил грамоте не одну
сотню ребят. На долгие годы он сохранил о себе добрую память сельчан как осно­
ватель школы и первый учитель в нашей деревне. Многие из его учеников с неболь­
шим багажом грамотности выходили в люди, были хорошими крестьянами, рабо­
чими, служащими и даже приказчиками в торговых фирмах в городах.
Удовлетворительно говорили и писали на русском языке. Кроме родного чуваш­
ского языка многие пользовались татарским языком. Они же активно участвова­
ли и в общественной жизни деревни, выполняя обязанности учетчиков по сбору
налогов, писарей и др. После революции они успешно работали председателями
сельсовета, колхоза, секретарями, бригадирами.
Лишь в 1912 году у нас была построена за околицей казенная школа и представ­
ляла 5-стенный деревянный дом с двумя классными помещениями и комнатой
для учителя с семьей с отдельным входом. Учителем в новой школе стал Петр
Амвросиевич из дальнего села, учитель со стажем из выпускников Симбирской
Чувашской учительской школы (семинарии). Но он опять был единственным учи­
телем и вел занятия в двух классах. Я охотно ходил в школу, был в числе первых
учеников и окончил её с похвальным листом.
Первые два года в школу ходил вместе с братом Григорием, он учился в стар­
шем классе и помогал мне. Родители не могли помочь нам в учебе: мать неграмот­
ная, отец малограмотен. Им казалось, что мы много времени тратим на приготов­
ление домашних заданий. Надо же было вечером и за скотиной присмотреть,
на водопой сгонять, на ночь убрать и др.
Наша крестьянская изба, состоящая из одной общей комнаты, не могла быть
удобным местом для подготовки домашних уроков. Понимая это, наш учитель
Петр Амвросиевич часто устраивал вечерние занятия в школе для подготовки
заданий и заодно, в конце занятий, проводил спевки-репетиции по хоровому
пению. В каждое воскресенье и в праздники мы пели хором на клиросе в церкви.
В хоре участвовали и взрослые. В церковь — в село Аттиково (4 км) мы ходили пеш­
ком, лишь в зимнюю стужу ездили на лошадях.
Так обстояло «народное образование» у нас в мое время. В деревне не было
ни одного человека, кто имел бы образование выше церковно-приходской школы,
хотя недалеко от нас был губернский город — Казань с четырьмя высшими учеб­
ными заведениями (университет, Ветеринарный институт, Учительский инсти­
тут, Высшие женские курсы) и значительным числом средних школ: гимназии,
реальные училища, коммерческое училище, семинарии, промышленно­
техническое училище и др., но они для нас были недоступны. Расцвет народного
образования принесла в наши края лишь Октябрьская Социалистическая револю­
ция.
До революции из чувашей лишь 30 человек получили высшее образование.
Только один из них, Н. В. Никольский, был профессором Казанского университе­

259