Page 148 - Untitled

тельная, внимательная подруга. Когда заглядываю к ней на «огонек»,
она чаще всего сидит в своей любимой кухне, в одной руке у нее по­
варешка, в другой — ручка или карандаш. При всей ее действительно
порой беспросветной, постоянной занятости она успевала выпол­
нять свои домашние обязанности на должном уровне, не находя их
рутиннными. Дома — чистота и порядок. Считала, что порядок во
всем — одно из необходимых условий нормальной, плодотворной
работы. Успевала все — принять, накормить гостей. У нее тоже, как
и у всех нас, горожан, постоянно жили родственники, односельчане
из родного улуса, она принимала их как данность, кормила-поила,
устраивала в больницы, на учебу... Одно поколение сменяло другое,
а она продолжала принимать самое живейшее, деятельное участие
в их жизни, судьбе. Они считали это как должное, выражение их
лиц — чаще беспечное, детское, доверчивое, настолько они чув­
ствовали себя защищенными, обласканными в ее гостеприимном
доме — большом, просторном, теплом, с запахом домашней выпеч­
ки и... огромного количества книг — ее большая личная библиотека
занимала все свободное пространство квартиры, снизу доверху, а
это почти 4 м, разместившись на многочисленных книжных полках
и стеллажах.
Только в ее кабинете был кажущийся «живописный» беспорядок —
рукописи, карточки, книги... но это — работа. Евдокия Иннокентьев­
на продолжала свою активную трудовую деятельность и дома, иначе
просто физически не хватало времени на весь огромный объем ее
буквально кипучей научной деятельности.
Мне приходилось наблюдать за ее работой, когда она допоздна
занималась в своем кабинете, и допоздна горел свет в ее окнах. Она
очень деликатно обращалась ко мне с просьбой о нужной литера­
туре. Однажды с восторгом публично высказала свою радость, что
у нее теперь есть чуть ли не собственная подружка-библиотекарь,
что действительно намного облегчало ее «читательское» существо­
вание, оберегало от излишних опять же «читательских» стрессов и
страданий... Но выполнять ее заявки были для меня большим удо­
вольствием. Здесь не было никакого «криминала» или пресловуто­
го блата. Сотрудникам нашей библиотеки разрешалось, да и сейчас
разрешается, брать книги на свой читательский формуляр, а Евдокия
Иннокентьевна была исключительно аккуратным до щепетильнос­
ти читателем. Я благодарна судьбе, что она послала мне, даровала
знакомство с таким замечательным человеком — добрым, порядоч­
ным, надежным, трудолюбивым и большим Ученым, преданным

.-<^.'142."^'