Page 154 - Untitled

К. Уткина как ученого-философа, историко-философской и социо­
логической литературы, книг по истории мировых религий: буддиз­
ма, христианства, ислама, религий региональных и локальных.
Именно исторической целесообразностью, сосуществованием
диаметрально противоположных учений, теорий, целей и задач
объясняются «всеядность», разнообразие и одновременно парадок­
сальность внутренней содержательности личной библиотеки Ксено­
фонта Дмитриевича Уткина, в этом ее уникальность и ценность.
На полях многих книг выполненные карандашом пометы: даты,
комментарии к тексту, цитаты, размышления... Трудно, почти не­
возможно уловить причины предпочтения Ксенофонта Дмитрие­
вича тому или иному документу, но все они — результат его самой
активной работы с книгами своей библиотеки.
Владельческих знаков, экслибрисов, на книгах личной библиоте­
ки К.Д. Уткина было три. Хорошо продуманные экслибриси Ксено­
фонта Дмитриевича — поразительно скромные, не портящие обще­
го облика книги, говорящие лишь о том, что в книге главное — ее
внутреннее, информационное составляющее.
К.Д. Уткин обладает незаурядным педагогическим талантом:
щедро делится своими знаниями с коллегами и учениками. Он всег­
да готов помочь молодым исследователям деловой квалифициро­
ванной консультацией или дружеским советом. Теплые товарищес­
кие отношения связывали и связывают его со многими видными
учеными, писателями, деятелями культуры. Они дарили ему свои
книги для пополнения его библиотеки и коллекции с автографами.
На одних — слова благодарности, на других — размышления о путях
развития науки и культуры.
В истории книжной культуры РС(Я) личная библиотека К.Д. Ут­
кина — действительно уникальный памятник современной библио­
фильской культуры. В результате многолетней, многогранной,
активной, напряженной научной деятельности собрана исключи­
тельно богатая, содержательная библиотека, сформированная вне
всяких правил и канонов, в этом ее своеобразие и информацион­
ная притягательность. Квалифицированно составленный каталог
не только фиксирует уникальную личную библиотеку, но и вводит в
научный оборот огромный, доселе неизвестный многим пользова­
телям документный материал.
По признанию Ксенофонта Дмитриевича, он много счастливых
часов провел в окружении книг своей библиотеки, черпая из них
опыт и знания...