Page 331 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

душила в железных кольцах восьмиметровая анаконда; его лодку где-то в безбрежии
океана таранила громадная меч-рыба. Сильный и смелый Пларгун предотвращал
нападение льва в Африке или преследовал леопарда-людоеда в дебрях индийской
реки Ганг...
Вертолет ровно гудел. Скоро впереди отвесной стеной встал Нга-Бильский хребет.
Прошли вдоль него, огибая отроги.
Внизу в тайге, как белые нитки, случайно оброненные на зимнюю медвежью
шерсть, сверкнули извилистые истоки рек и ключи. Справа хребет кончался полого.
Но за ним, несколько в отдалении, выступил другой, с обожженными ветрами и мо­
розом скалистыми склонами. Он круто повернул влево, обрываясь в море. Сверху
казалось, что какое-то фантастически громадное животное наполовину вылезло из
моря, на мгновение замерло, раздумывая, что ему дальше делать...
Если бы не Нехан, неудачно началась бы трудовая жизнь Пларгуна. Поэтому так
велика была радость юноши, когда он встретился с Неханом и тот решил взять его в
свою бригаду.
В поселке Тул-во Нехан появился три года назад, летом. Сильный, как медведь,
общительный и веселый, он быстро стал своим человеком. Его приняли мотористом
на пузатый беспалубный рыболовный бот.
До Нехана мотодорой командовал Накюн. Парень явно не ладил с упрямой и кич­
ливой «дорой», как рыбаки уважительно называли бот. Часто в ожидании, когда по­
дойдет за ними мотодора, рыбаки скучающе зевали или играли в «дурака». А Накюн,
молодой моторист, взлохмаченный и весь черный от сажи, совал в цилиндр зажжен­
ный факел из пакли и остервенело крутил ручку завода. Говорят, очень скромный,
он быстро научился ругаться по-русски и не стеснялся при старших демонстрировать
свои познания в этой области.
Бригада, как правило, выезжала на тонь, когда другие рыбаки уже успевали мет­
нуть невод, и их «доры» бойко тащили через залив рыбницы с трепещущей живой
сельдью.
С появлением нового моториста «дору» будто подменили: она стала покладистой
и безотказной, как выкормленная собачья упряжка у хорошего хозяина.
Бригада единодушно назначила мотористу повышенный пай. А подходы сельди
были дружные, и Нехан прилично зарабатывал.
Никто точно не знал, откуда Нехан родом. Ходили слухи, будто он с западного
побережья. Кто-то, может быть, даже сам Нехан, сказал, что он из рода Ршанги-вонг,
который в прошлом населял отдаленные урочища побережья. В наши дни этот род
разъехался по всему побережью и группами или поодиночке влился в селения дру­
гих родов. Жители поселка Тул-во не помнят, чтобы Нехан соединил свой родовой
огонь с огнем какого-нибудь местного рода. В наше время, когда старые обычаи за­
бываются, на это мало кто обращал внимание. Лишь некоторые старики, ревностно
хранящие старину, иногда намекали: в поселке живет безродный...
В позапрошлое лето рыба подошла к побережью жидкими косяками. И никаких
прогнозов на зиму не было. Нехан бросил рыбалку и вместе со стариком Лучкой и
охотником Тахуном соболевал где-то у подножия Нга— Бильских гор. Вот тогда-то о
нем и узнал весь район.
В самом начале охотничьего сезона Тахун вдруг вернулся в Тул-во. Объяснил: ста­
рая болезнь — ревматизм — вновь ударила в ноги. Тахун стал промышлять лис на
косе. Односельчане только пожимали плечами: на лису ходит, а на соболя не мог. А
ведь на лису нужно тратить не меньше сил, чем на соболя.
327