Page 357 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

Как-то трудно было представить себе этого могучего человека поваленным не­
дугом.
— Хорошо, что был спирт. Ведь не интересно свалиться от болезни, когда охо­
та только началась, — сказал Пларгун с нарочитой грубоватостью и поймал себя:
сказал совсем не то, что было на уме. Откуда эта фальшь? Что творится со мной: то
дал себе вольность не поверить в искренность поступков знаменитого охотника, то
позволил себе сказать совсем не то, что вертелось на языке?..
Нехан вышел к лабазу и принес холодной соленой кеты — на закуску.
Старик нарезал свежеиспеченной лепешки, а Пларгун подложил в огонь мелко
наколотые поленья и поставил на раскалившуюся докрасна печку медный чайник с
водой.
— Ну, нгафккхуна, за начало! — Нехан поднял кружку чистого спирта.
Пларгун поднял полкружки разведенного спирта, Лучка — столько же.
Сказав короткий тост, Нехан уже поднес было кружку к мясистым, округло раз­
двинувшимся губам, но его остановил старик. Он вдохновенно произнес:
— Пусть никто не думает, что мы пришли в тайгу за соболем — нет, мы не за со­
болем пришли. Пусть никто не думает, что мы пришли в тайгу за выдрой — нет, мы
не за выдрой пришли. Пусть никто не думает, что мы пришли в тайгу за лисой — нет,
мы не за лисой пришли. Пусть никто не думает, что мы пришли в тайгу за глухарем —
нет, мы не за глухарем пришли. Пусть все население тайги знает, что мы не за ними
пришли. Верно, нгафкка? — обратился старик к Нехану.
— Верно! Верно! — торжественно подтвердил Нехан. Пларгун с раскрытым ртом
слушал длинную и странную речь старика.
Сперва Пларгун принял ее как начало удачной шутки. Но чем дальше говорил
старик, тем больше сомневался Пларгун в своей догадке. И когда старик с пафосом
обратился к нему: «Верно, нгафкка?» — он чуть слышно, с покорностью ответил: —
Верно!Верно!
— Слышите, вы? — Старик повернулся к правой стене. — Слышите, вы? — Старик
повернулся к задней стене. — Слышите, вы? — Старик повернулся к левой стене. —
Слышите, вы? — Старик обернулся к двери. — Все вы слышали, что мы, трое людей,
пришли в тайгу вовсе не за вашими дорогими шкурами. Носите их сами. Не бойтесь
нас! И выходите все! Выходите из своих нор, из своих логовищ, из своих дупел и рас­
щелин, из-под валежин и коряг. Выходите все! Занимайтесь своими делами. Бегайте
по тайге, по сопкам! Оставляйте больше следов! Больше! Больше! Больше!
Старик вошел в экстаз. Он уже не кричал — хрипел. Он дышал часто и тяжело,
желтая пена каймой обложила потрескавшиеся губы, вспучилась по углам рта. Уз­
кие глаза округлились и отрешенно уставились, застыли на мгновение. Потом старик
очнулся и вернулся в бренный мир из того неведомого для других мира, в котором
пребывал. Он вспомнил о кружке со спиртом, поспешно обхватил ее дрожащими ру­
ками, поднес ко рту и опрокинул. И Нехан привычно, одним духом проглотил целую
кружку спирта гольем.
— Ты что? — повелительно гаркнул Нехан на замешкавшегося Пларгуна. И юно­
ша, не в силах противиться, поторопился выпить.
Жидкость обжигающей струей вошла в него, горячим пламенем растеклась в
теле, ударила в голову.
— Закусывай, друг, закусывай, — уже мягче сказал Нехан и сунул в руку Пларгуну
кусок холодной соленой кеты.

353