Page 362 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

рисовой крупы, взятой с собой специально для жертвоприношений. Разложил у ос­
нования дерева несколько папирос.
Затем старый человек подошел к огромной лиственнице и обратился к ней с
просьбой не гневаться на людей. И еще попросил благополучия. В той лиственнице
наверху есть дупло. Оно прикрыто толстым многоветвистым суком. Дупло — дом со­
боля. Лучка видел его однажды на рассвете. Он черной молнией мелькнул вверх по
обомшелому стволу и юркнул в дупло. Только и заметил старик — соболь отменной
черноты, вороной. У охотников этот самый дорогой сорт называется головкой.
Лучка обрадовался, будто соболь обещал ему удачу. И каждый день, проходя
мимо дерева, высматривал только ему видимые приметы, следы соболя... Нет, он не
будет преследовать его. Пусть себе живет рядом со стариком. Соболь, как талисман,
как наговор могущественного шамана... Потом старик, крадучись, отходил в сторону
и шел по своим делам. Соболь рядом — значит, есть надежда на удачу. Старик дал
соболю имя — Пал-нга1. Этим старик выделил его среди других соболей и приблизил
к Пал-Ызнгу.
И на этот раз он тихонько подкрался к дереву и увидел свежие следы зверька.
Лучка вздохнул облегченно и, надеясь, что все обойдется, ушел в избу.
В это время на соседнем участке Нехан спешил разбросать приваду и ругал пого­
ду самой отборной бранью.
К вечеру разыгрался первый в этом году буран.
Пларгун мгновенно открыл глаза и некоторое время соображал, где он. Потом
вспомнил о собаке. Где же Кенграй?
Хотел было встать, но по телу будто молния прошла и в глазах помутилось. Он
тихо застонал. И тут почувствовал на своем лице что-то мягкое, теплое. А Кенграй
продолжал лизать своего друга и спасителя. Живы! Но как смог он осилить неимо­
верный груз — тяжелый рюкзак и собаку?..
Пларгун не помнит, как он забрался в спальный мешок. Теперь, когда проснулся,
почувствовал: лежит очень неудобно. Отлежал бок и руку. Надо вставать.
Большого усилия стоило преодолеть боль в разбитом теле.
Первым делом надо затопить печку, а то избушка так настыла, что в ней стоит
колотун, от которого мигом околеешь.
Пларгун толкнул дверь. Но тут в него будто дунули сразу сто чертей, захватило
дыхание, в лицо вонзился мелкий колючий снег. Дверь больно ударила по голове,
отбросила его назад, захлопнулась. Был сильный буран. Когда он только успел разы­
граться? Сколько же я спал?..
Желание выйти на улицу как рукой сняло. Он плотно прикрыл дверь, вернулся к
нарам. Сел. Руки безвольно повисли. Хотелось забраться в мешок, закрыться с голо­
вой, обогреться дыханием.
...Род Койвонгун произошел от дерева кой-лиственницы. Раньше на земле не было
никакой жизни. Да и земли никакой не было. Было только одно огромное море.
На море жила одна-единственная птица, маленькая утка — чирок. Утка летала по
небу, плавала в море. Одна на все небо и на все море. Но не могла она жить одна.
Старея и чувствуя приближение смерти, она решила оставить после себя жизнь. Но
куда положить яйца? Они не могут лежать на воде.
Как-то в тихий солнечный день утка спокойно сидела на море и чистила перья,
смазывая их жиром. С груди слетело перо и медленно поплыло по морю. Такое бы-

1 Пал-нга — Горный зверь.
358