Page 439 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар
P. 439
Будто Колка проплывает мимо берега, тень от которого падает на него. Всмотрелся.
А, это тени от низких облаков! Колка огляделся вокруг — его друзья спали вповалку.
Поднялся и выглянул наружу — солнце, красное, как раскаленная сковорода, про
свечивало сквозь рваный ползучий туман. В ноздри и легкие ударил стылый утрен
ний воздух. Колка обрадовался — все, что было минуту назад, — просто сон. Страш
ный сон. Он обернулся к спящим друзьям, нашел лежащего запрокинув голову Гошу,
громко крикнул:
— Подъем, сони! Охотники встают с солнцем, а вы готовы храпеть до полудня.
Подымайся, Урьюн. Ты на целый час отстал от солнца и не спешишь вставать.
Ребята выскочили на берег, сделали зарядку, умылись в реке. Холодная вода про
гнала остатки сна, и вскоре дежурные принялись разводить костер, готовить завтрак.
Через час все направились в лес. Колка шел по своему следу. Медвежьи дудки не
хотя раздвигались и недовольно стряхивали за шиворот охотнику обильную утрен
нюю росу. Колка с волнением думал, что могло попасть в его ловушку: сойка, ке
дровка? Вот и поваленное дерево. Крышка захлопнута. Кто в ловушке? Колка быстро
подошел, слегка приоткрыл крышку. Из щели показались две черные бусинки-глаза.
Зверек длинный, серый. «Горностай!» — обрадовался Колка. Он закрыл крышку на
задвижку и помчался назад.
— Сойку поймал! — раздался голос Урьюна.
— И у меня сойка, — ответил кто-то.
— А я медведя поймал, — серьезно сказал Гоша Степанов.
Все засмеялись, знали, что это шутка.
Степанов открыл крышку ящика и двумя пальцами вытащил маленькую-према-
ленькую мышку. Хохот новой волной прокатился по лесу.
— А у меня горностай, — сказал Колка.
Ребята недоверчиво глянули на него. Но любопытство взяло верх, и они окружи
ли Колку. Зверек метался в ящичке.
— Ай да Колка! — похвалил Пахтун.
— Я тоже мог бы поймать горностая. Только он был один, а ловушка Колки первая
попалась на его пути, — с заметной завистью сказал Урьюн.
Илья Вениаминович велел оставить все ловушки под одним кустом, чтобы на об
ратном пути забрать.
Ребята отправились дальше. Их маршрут — к реке Имчин. Пробирались сквозь
заросли, огибали валежины, переходили вброд ручьи.
Еще не прошли и полкилометра, как Гоша Степанов крикнул: «Бурундук!». По
бежали на голос. Маленький шустрый зверек с пронзительным писком вскочил на
осину. Черные полоски на его желтой спине так и мелькали между ветвями. Зверек
проскакал по ветке и остановился на ее конце. Теперь он с бесстрашным видом рас
сматривал людей. Только пушистый хвост нервно подергивался.
Василий Мизгунович срезал тонкую сухую черемуху, приладил к ее концу петлю.
Бурундук с любопытством уставился глазами-ягодками на приближающуюся петлю.
Он даже сделал несколько шажков навстречу ей. И эти шаги оказались роковыми —
петля захлестнула зверька, и через несколько секунд уже был в кармане Пахтуна со
связанными лапками.
Через сотню шагов прямо из кустов подняли ястреба. Он что-то держал в когтях.
Илья Вениаминович раздвинул траву. В ней рассыпаны серые, с буроватыми потека
ми перья.
— Рябчика закогтил, — сказал учитель. — Эх, нет ружья!
435

