Page 440 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

Ребята тоже пожалели, что ни у кого в отряде нет ружья. Только один из них не
сожалел об этом — Урьюн. Он, прикрываясь кустами, побежал к ели, в ветвях кото­
рой спрятался ястреб...
Вот наконец и река Имчин, узкая, с крутыми берегами. Имчин тихо несет свои
воды в Тымь. Кругами расходятся по ее поверхности волны от всплеска рыб. Проти­
воположный берег высоким мысом врезается в реку, по нему вдаль, к сопкам, уходит
широкая полоса пашни — картофельное поле.
Илья Вениаминович присел на песок, рядом с ним приземлились ребята. Учитель
долго смотрел на реку. Потом сказал, будто вспомнив что-то:
— Ребята! Вы все родились на Сахалине. Ваши отцы и деды тоже родились здесь.
А вот скажите, какой народ дал этой реке, на берегу которой мы сейчас сидим, на­
звание «Имчин»?
Ребята молчали. Колка подумал: «Что-то знакомое есть в этом названии. В нем
несколько слов. Одно из них — «ударился». Но кто ударился? Обо что ударился?
Дальше этого Колка не мог расшифровать название.
— Не знаете? — спросил учитель. — Несколько лет назад я тоже не знал, откуда
взялись это и другие названия. Как-то приехал я к рыбакам в Чайво. Там встретился
со старым охотником Лузгином.
Ребята все разом обернулись в сторону Колки. Тот, чувствуя внимание товарищей,
смутился, ковырнул сучком в земле, будто самое интересное было там.
А учитель рассказывал:
— Дедушка Лузгин помог мне ответить на этот загадочный вопрос. Название
«Имчин» — это несколько искаженное нивхское слово, которое в переводе на рус­
ский означает «река, через которую прыгают-ударяются». Кто и почему прыгал через
эту реку? — Учитель посмотрел в глубь реки и, будто найдя в ней ответ, продол­
жал: — Очень давно, никому не известно, сколько лет назад, может, триста, а может,
и пятьсот, в этих местах было разбросано много мелких нивхских стойбищ. У нивхов,
как вообще у первобытных людей, не было огнестрельного оружия. Они охотились
с помощью лука и копья с каменными и костяными наконечниками. Много ли добу­
дешь таким орудием, особенно если охотиться в одиночку?
Проходили годы, а способы охоты не изменялись. Иногда мужчины, уходя на охо­
ту, не возвращались домой — гибли в схватке с дикими зверями. Так исчезали ма­
ленькие стойбища.
Однажды молодой нивх проехал по мелким стойбищам и уговорил сородичей
выходить на охоту вместе. Он предложил охотиться облавой: гнать зверей к реке, на
берегу которой мы сейчас сидим. Река вон там, — учитель показал рукой вверх по
течению, — делает излучину. Вот к тому мысу и предложил гнать зверей юноша.
Послушались люди его совета. Они разделились на две группы. Меньшая, с копья­
ми и луками, садилась в засаде напротив мыса, а другая, большая, охватывала редкой
цепью большой участок леса и с криками, ударами в бубны выгоняла зверя с сопок
и распадков на мыс. Медведи, олени, кабарга выбегали на берег и метались здесь. А
сзади на них напирали загонщики. Зверям ничего не оставалось, как прыгать с раз­
бегу на противоположный берег. А тот берег выше, чем мыс. И звери, ударившись
о стену высокого берега или не допрыгнув до него, падали на камни и в воду, где их
добивали охотники. Во время дележа каждому доставалось мяса гораздо больше,
чем добывал самый удачливый охотник-одиночка.
Давно это было. Но название реки еще долго будет рассказывать людям, что про­
исходило в этих местах много лет назад.
436