Page 76 - Они защищали Ленинград
P. 76
И, помня о громах великой битвы, Слыша ветра стон в трубе.
По сути я рабочий и солдат. Ей не читалось —
Но нет тебя — Хлеба ей хотелось
И горше нет обиды, В холодной и продымленной избе.
Хоть в этом я
Совсем не виноват. А я охотился —
Здесь не до игр и смеха:
Я сверстник твой... В глазах шатался стылый горизонт.
Угрюмый и упрямый, А мама шила торбаза из меха
На фронт я рвался, огорчая мать. И отсылала их
Я тоже знал, Бойцам на фронт.
Что стоят хлеба граммы —
Об этом лучше нам не вспоминать. И после боя
Где-нибудь под Курском
Глаза у матери темны от муки, Бойцы, встречая в поле снеговей,
В кудрях отца, С улыбкой думали
Как иней, седина. О женщине якутской —
Я знал: Усталой доброй матери моей.
Несет страданья и разлуки Что сделать мы
Невероятная по ярости война. Тогда еще могли бы?
Мой старший брат в толпе своих
За окнами, как ворон, друзей
Ветер каркал. Ушел на фронт...
Мой старший брат, Сейчас его могилы
Сжимая кулаки, Мне, Таня, не найти,
Все ближе к нам передвигал на карте Как и твоей.
Алеющие ранами флажки. Он дрался за поля, дома и хаты,
Он кровь пролил на волжском берегу,
Рубил дрова он И ночью звездною
По-над речкой Маттою, Пал смертью храбрых
В душе мечту, как птицу, затая: Под Волховым,
— Трудом своим Сраженный на снегу.
Конец врага проклятого
Приближу я на острие копья. В глазах его искрилась, потухая,
Звезда...
Отец не знал покоя и усталости: Что мог я? Что? Прости!
В колхозе обезлюдевшемся “Чычас” Там, на снегу кровавом, остывая,
Работал, Брат сделал все,
Позабыв о старости, Чтобы тебя спасти.
Победы приближал
Желанный час. Таня!
Умерла ты слишком рано...
День ото дня Ненависть и зло меня берет.
Мать становилась строже, Двадцать лет
День ото дня В душе живая рана —
Глядела все грустней: Никогда она
Дежурила ночами в школе сторожем, Не заживет.
Чтоб прокормить нас, четверых детей. Таня!
Окажи такую милость:
Сестренка Ася за столом вертелась Появись,
Над книгой, Улыбки не тая.
- 7 2 -
