Page 383 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

И вот теперь с осени меня навещает дух Ночного Покоя и шепчет, что в нашей
тайге появился человек из другого мира. Я порывалась пойти к нему, но злой дух
держал нас в стойбище. Он съел все наши скудные запасы. Он не хотел щадить нас.
Он хотел, чтобы род Такквонгун весь ушел в Млы-во — селение Вечного Покоя.
Съестные припасы скудели и скудели. Мы потеряли осеннюю охоту. Скоро наступит
ложный гон. Злой дух не пустит нас в тайгу, мы останемся без мехов.
И вот я сказала отцу, что отведу злого духа от нашего стойбища. Не знаю, что
подействовало на стариков: отсутствие тропы, на которой люди нашли бы спасение,
или страх омрачил их мудрые умы, но они молчаливо согласились со мной. Помню
их глаза, полные скорби. И еще в них теплилась слабая вера. Я молила добрых ду­
хов помочь мне в пути. А желание видеть человека из прекрасного мира придавало
силы и заглушало страх.
Я набила полные крошни копченой олениной — последние остатки наших запа­
сов. Отец на всякий случай сунул мне в руку карабин. Только отошла от стойбища,
злой дух уже шел по моему следу. Я шла быстро. Глубокий снег мешал ему догнать
меня. Только к концу дня он приблизился ко мне. Тогда я бросила ему пять оленьих
ребер. Ночь застала меня на склонах хребта. Я развела костер. Всю ночь не спала. И
он не спал. Ходил вокруг костра. Иногда его громадная тень появлялась у ближайших
деревьев.
Утром он получил еще полребра. Пока ел оленину, я успела уйти довольно дале­
ко. На хребте добрые духи помогли мне добыть глухарей, и я оставила их у лыжни. На
северном лесистом склоне хребта снегу навалено много. Мои приношения наконец
задобрили духа, и он отстал. Добрые духи пожалели меня и позволили подойти к
оленьему стаду. Жирный хор подставил убойное место. И я принесла свою добычу в
жертву злому духу. Два дня не слышала его и не видела.
Я верила, что увижу человека из другого мира. И не обманулась. Я нашла вас.
Нашла. Но злой дух и здесь нагнал меня. Он не хочет слышать мольбу людей рода
Такквонгун. Наш род ушел от человека с плохим сердцем. Тот человек, однако, давно
в Млы-во, но оставил на этой земле свой дух, злой дух...
Пларгун слушал девушку в странном забытьи. Голос ее то слышался явственно, то
затихал. И эта ночь казалась дурным сном.
Веки невыносимо отяжелели и слипаются, слипаются... Голова, будто налитая
свинцом, тяжело падает на грудь. i
— Дочь тайги, чье имя ты назвала? — хотел он спросить или спросил, но соб­
ственного голоса он не слышал.
...Род Такквонгун покинул урочище последним.
Уже давно ходила пугающая весть: роды собирают вместе и из них организуют
какие-то артели. Знающие люди утверждали: артель, колхоз — это новый укрупнен­
ный вид рода. «Какой же это будет род, когда произойдет смешение крови разных
родов?» — спрашивали недоуменно старики.
Род Такквонгун удален от других селений, и старейший рода Ковзгун, тогда еще
крепкий и добычливый мужчина, уговорил своего младшего брата Вилгуна и других
сородичей пока воздержаться от объединения.
Несколько раз приходил и уходил сезон дороги, после того как другие роды ушли
через хребет, а люди Такквонгун продолжали жить своей жизнью. Мужчины по мно­
гу дней пропадали в тайге, преследуя соболей и оленей. Подростки обучались му­
дреным способам ловли зверя. Женщины выделывали шкуры, шили из них одежду и
варили корм для многочисленных ездовых собак.
379