Page 388 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

— Вставай! Иди со мной! — голос старика прерывался от одышки. Старик загре­
мел чайником и снова исчез в густых клубах морозного облака.
Пларгун накинул доху, надел шапку и, выйдя следом, замер.
Шагах в двадцати от избушки, запрокинув точеную голову с великолепными пыш­
ными рогами, судорожно бился дикий олень.
Уже потом в избушке после того, как добычу освежевали, старик объяснил: зная,
что в глубокий снег олени не любят делать переходы, он пошел по следу девушки,
которая рассказала, что в четверти дня ходьбы отсюда пасется стадо оленей. Глубо­
кий снег тяжело преодолевать тонконогому оленю. Поэтому его нетрудно нагнать на
лыжах. И старик отбил хора и пригнал его к избушке, как домашнюю скотину...
Старик выхватил нож, пригнулся и точным движением вскрыл вену на шее оленя.
Кровь хлесткой струей ударила в подставленный чайник.
— Пей! — приказал старик.
Пларгун упал на колени, подрезал струю сложенными лодочкой ладонями и при­
пал иссохшими губами к горячей крови.
Он пил долго и жадно: истощенный организм, замученный цингой, требовал не­
медленной помощи...
Держался некрепкий мороз, к которому легко притерпеться. Если находишься в
движении, даже становится жарко, хотя на тебе только ватная телогрейка.
Ловушки давно ждут хозяина. А за эти дни Пларгун заметно окреп.
Оба охотника ушли вместе по лыжне Пларгуна. У хребта с вершиной-гольцом
старик сойдет на свою лыжню.
Когда стали на лыжи, Лучка кивнул на медвежью тушу.
— Что ты будешь делать с ним?
— Да ничего. Оставлю мышам.
— Будет корм — будут мыши. Будут мыши — будут соболи, — сказал старик.
Охотники двигались легко — впереди Пларгун, за ним — старик.
Накатанная лыжня сверкала под сильным солнцем, вела по распадкам и взгоркам.
Пларгун обратил внимание на то, что сучья и колоды, ранее спрятанные под тол­
стым слоем снега, теперь чернеют тут и там, будто кто сдул с них снег.
Следы соболей испещрили тайгу вдоль и поперек. Вся лесная живность восполь­
зовалась затишьем, спешила пополнить свои запасы. Мыши и те вышли из-под снега
и прострочили сугробы мелкими убористыми стежками.
У первой ставки охотники остановились изумленные: капкан черным крестом вы­
делялся на снегу. Лучка досадливо покачал головой: кто же так маскирует капкан —
он весь на виду.
— Просто-напросто снег испарился сверху.
— Что ты сказал? — переспросил Лучка.
— Снег, говорю, испарился сверху, над капканом.
Старик нерешительно покачал головой.
Через минуту-другую открытие заставило их задуматься. На снегу рядом с кап­
каном и оголившейся, источенной мышами привадой будто кто-то насыпал мелкой
древесной трухи. Но труха была слишком правильных размеров и странного зелено­
ватого цвета. Пларгун нагнулся, ногтем выковырял сперва одну крошку, потом вто­
рую. Помял пальцами и понюхал.
Старик внимательно следил за ним.
— Что это?
Но Пларгун от обиды и ярости уже не слышал старика.
384