Page 379 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

Собаки подскочили сзади и в слепом азарте вцепились в гачи. Медведь резко
обернулся. Собаки, взвизгнув, отпрыгнули к Пларгуну. «Вот сейчас насядет на меня!..»
В глухой панике Пларгун сорвался с места, но увяз в снегу по пояс. Чувствуя прибли­
жение смерти, он вобрал в себя голову и закрыл ее руками.
— А-а-а-а-а!
Пларгун не видел, как собаки схватили зверя, уже приготовившегося к прыжку на
беззащитную жертву.
— Стреляй! — вне себя закричал старик.
Зверь обернулся назад, взмахнул лапой, пытаясь схватить собак, но те ловко увер­
нулись от его растопыренных когтей.
Тогда медведь бросился за стариком и в два прыжка настиг его.
Пларгун не видел развязки, а она наступила мгновенно. Старик как подкошенный
упал навзничь. Но не успел еще медведь после прыжка опуститься на лапы, как за­
путался в своих же внутренностях: рука старого таежника сработала точно и четко.
Кенграй вцепился медведю в ухо, Мирл — в горло.
Медведь, собравшись с силами, медленно поднялся над обагренным кровью сне­
гом, поднял на себя вцепившихся намертво собак и обхватившего его ногами стари­
ка. Одна рука старика крепко держалась за богатую шерсть медведя, а другая, с но­
жом, нащупывала сердце. Еще секунда, и зверь рухнул, подмяв под себя маленькое
тело старого человека.
Когда Пларгун, еще не веря в спасение, оглянулся, старик с трудом вылезал из-под
медведя. А зверь силился поднять голову.
Нехан, будто только что вспомнив, вскинул ружье.
— Уж не надо, — старик сделал останавливающий жест и посмотрел на Нехана
так пристально, точно увидел его впервые.
Собаки оставили зверя, повернули к берлоге. Мирл с остервенелым лаем исчез
в ней, вслед за Мирлом в берлоге оказался Кенграй. Послышалась возня, раздались
неимоверные вопли, и вскоре собаки вытащили отчаянно сопротивлявшегося мед­
вежонка ростом побольше их, шире и толще.
Нехан снял телогрейку, повесил ее на сук и, закатав рукава теплого шерстяного
свитера, сделал надрез на коже над челюстью медведя.
Освежевать медведицу — дело не быстрое.
По обычаю, хозяином медведя является не тот, кто убил его, а тот, кто нашел бер­
логу... И хотя в этом случае хозяин не имел какого-нибудь особого преимущества,
так как мяса взял каждый столько, сколько мог унести, шкуру и желчь забрал Нехан.
Во время разделки туши, когда ножи притупились, Нехан попросил Пларгуна:
— Достань брусок из кармана телогрейки. Пларгун смыл снегом кровь с рук,
выпрямил натруженную спину, шагнул к дереву, на котором висела телогрейка, по­
тянулся к карману, нащупал камень. В кармане, кроме бруска, были еще какие-то
крошки. Сперва юноша уловил терпкий запах табака и уже потом рассмотрел на
ладони зеленовато-бурую пыль махорки. Махорка? Ведь Нехан не курит. Откуда она
у него? И для чего?
Нехан оглянулся на замешкавшегося Пларгуна.
— Ты что там? — в его голосе была настороженность. — Махорка... — сказал
Пларгун.
— Так это для жертвоприношений! — быстро сказал Нехан, удивив юношу: он-то
знал, что Нехан плевал на предрассудки.
...Кенграй ел хорошо, зато его хозяину мясо надоело до невозможности. Он вся-
375