Page 427 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

— Вы видели когда-нибудь наш Сахалин со стороны моря или сверху? Со стороны
он черный от чернолесья. Потому нивхи назвали Ыгмиф — Черная земля. А свер­
ху — он напоминает какое-то живое существо — не то нерпу, не то рыбу. У него есть
Миф-Тенгр — Голова Земли с подбородком Па-Тыкры, есть шея, плечи, спина, брюхо
и ноги в виде ластов или акульего хвоста — Миф-Нгатьх. Сказывают, остров когда-то
на самом деле был живым существом. И жили на нем наши предки, древние нивхи.
Колка и Урьюн не улавливали смысла многих нивхских слов, бросали на Галю умо­
ляющие взгляды. Та шепотом терпеливо давала пояснения. А дедушка продолжал.
Мужчины целыми днями охотились и ловили рыбу. Но длинная буранистая зима
пожирала все их запасы юколы. К весне в стойбищах поселялся голод. Начинались
болезни, уносившие людей в Млы-во — потустороннее селение. Вот ты, Колка, и
ты, Урьюн, даже не представляете, как это люди могли жить без книг, без кино, без
электричества. А ведь раньше этого не было. И одежду тогда шили из кожи тайменя.
А обувь месяц поносишь и ремонтируй. И жили в полуземлянках.
Тогда они бросили вызов судьбе — решили найти Счастье. А где его искать, никто
не знал. Погнали нивхи Сахалин искать Счастье. Долгие годы плыл он по огромно­
му морю, грудью разбивая волны. Одни люди рождались, другие умирали. Сахалин
устал от блужданий по морю, а нивхи все гоняли и гоняли его по бурному водному
простору. Вконец измученный, остановился он около большой земли и окаменел,
осердясь на своих хозяев. С тех пор Сахалин стал обыкновенным островом-землей.
Тогда и появилась легенда о Семиперой птице. В ней говорилось: придет Счастье
со стороны полудня и во время грозы выпадет в виде Семиперой птицы. Кто ее уви-
дет, обретет Счастье. Сколько было с тех пор гроз, но Семиперую птицу никто так и
не видел, — Дедушка Лузгин говорил медленно, вполголоса. Он смотрел куда-то в
сторону — будто сквозь стены различал что-то далекое, недосягаемое.
— Нивхи ждали семиперую птицу, — тихо продолжал он,— но на Сахалин зая­
вились иноземцы. Они принесли нивхам неслыханные и неизлечимые болезни. И
нивхи стали уходить целыми селениями в иной мир.
Старый Лузгин обвел ребят взглядом. Все молчали. А Колка и Урьюн так и стояли
с раскрытыми ртами, ожидая продолжения легенды, — им очень хотелось, чтобы
Семиперая птица существовала на самом деле, чтобы она летала по всей земле и
приносила людям счастье.
Ребята перевязали птице подбитое крыло, и оно уже не волочилось.
Дедушка сделал во дворе небольшой загон, накинул на изгородь старую сеть,
чтобы в загон не забрались собаки, и пустил птицу.
Шли последние дни каникул.
Птица не ела уже несколько дней. Никто не знал, чем ее кормить. Давали траву —
не ест. Потом Колка сказал Урьюну:
— Видишь, у птицы ноги, шея и клюв длинные?
— Ну и что же? — спросил Урьюн.
— Ноги у нее голые, будто штаны закатала, — продолжал Колка.
— Ну и что же?
— Заладил свое «ну и что же», — недовольно проворчал Колка. — Не можешь,
что ли, догадаться, где она ходит и чем питается?
— В воде. И ест ракушки или рыбу, — сообразил Урьюн.
— То-то, — по-взрослому сказал Колка.
Они побежали на ближнюю тоню, где рыбаки метали невод, и принесли мелкой
корюшки и селедки. Птица жадно набросилась на еду, — видно, сильно проголода-

423