Page 232 - Тема работы: «История библиотеки в истории села»

ходью перебирал ногами, поступью скользил, рысью подра­
гивал. И когда бежал он рысью, то стук его круглых и кра­
сивых серебряных копыт — четырем покрытым снегом коп­
нам равных, подобно раскатам сильного грома, гулко раз­
давался в четырех углах неба.
Ветви, на которые наступал его конь, ломались, и куски
их, превращаясь в тунгусов, сгорбившись, бежали. Если
конь копытом по валежнику бил, валежник, превращаясь в
алчных медведей, рычал. Пни, задеваемые им, превраща­
лись в горных волков и выли.
Он ехал, распознавая зиму по инею, лето — по дождю,
осень — по моросящему снегу”104.
В олонхо “Эр Соготох (Одинокий)” говорится: “Изо рта
коня сильной бурей веяло, а из носу курился дым. От стре­
мительности езды его заволновалось, забурлило море,
крепкие деревья ломались, с вихрем снег стал падать и за­
рычал лев!”105
Мы привели три описания богатырской езды из олонхо
и одно описание из алтайского сказания, и последнее вос­
принимается как некий вариант первых трех. Если в олон­
хо говорится, что от стремительности езды богатырского
коня “заволновалось, забурлило море, крепкие деревья ло­
мались”, то от стремительности езды алтайского богатыря
“моря волнуются”, а “горы качаются”. И в том, и в другом
случае сила богатырской езды сравнивается с громом. Но
еще важнее то, что в обоих случаях богатырская езда при­
равнивается к стихии, причем в олонхо — в большей степе­
ни. Поэтому, особенно, если взять в общей связи описания
алтайского и якутского эпоса, приведенные описания езды
богатырского коня нельзя не признать однотипными.

104 Ястремский С. В. Образцы народной литературы якутов. "
С. 63-64.
105 Там же. - С. 47.

230