Page 249 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

Под бе-ре-зой, под бе-ре-зой рябчик
мо-ло-дой то сожмется в ком,
то снова виден над тра-вой...
Ланьгук увидела, как из родового то-рафа вышел Ньолгун. Он нес в руках хорошо
оструганную фехтовальную палку. Ланьгук часто видела игру — фехтование на пал­
ках. Особенно любил эту игру Лидяйн. Он не упускал случая вызвать на соревнова­
ние своих сверстников из соседних стойбищ, когда те приезжали к ним в гости или
когда сам оказывался в их селении. В крупных стойбищах все юноши умело пользу­
ются фехтовальными палками. Везде любят эту игру, игру ловких.
Ланьгук подумала, что игры на медвежьем празднике начались.
Но что это? С такой же палкой появился Ыкилак, вслед за ним почтенные старики.
И почему-то они суровы, даже мрачны.
Ньолгун вышел к утоптанному месту дпя игрищ. Затем отпустил пояс, чтобы оде­
жда не стесняла движений, расставил ноги, поднял палку двумя руками на уровень
бровей — требует нападения.
Ыкилак встал напротив, взмахнул коротко. Он держался скованно. Нет, он не бо­
ялся битвы. Он не хотел этой игры после того, как ему удалось пройти главное испы­
тание — одолеть громадного, могучего медведя. К тому же и руки, и ноги вышли из
повиновения.
Да, Касказик ждал чего угодно, но не такого поворота.
Не ожидал старейший Кевонг, что проиграет так крупно... Нет, он еще не прои­
грал. Еще есть надежда... Сын должен нанести удар. Один удар по голове этого чело­
века из Нгакс-во, потомка тех могущественных людей, в кровавой битве с которыми
много лет назад Кевонги выиграли право продлить жизнь своего древнего рода...
Зеваки окружили соперников. Одни кричали просто так — забавы ради, другие
пытались подзадорить.
Ыкилак собрался с силами, ударил. Палка его переломилась. «Дали треснутую», —
похолодело в груди.
Ланьгук позже других поняла, что идет не игра — идет битва! Битва за нее. Она
швырнула черемуховую палку, припустилась было бежать, но увязла в снегу. Слабая
надежда заставила ее повернуть к шумящей, орущей толпе.
Но, оказалось, подошла она, чтобы увидеть, как от удара Ньолгуна ее жених заша­
тался, ухватился за разбитый, расщепленный конец палки, покачался какое-то время
и упал.
Над притихшим стойбищем взлетел пронзительный крик, и люди увидели, как
Ланьгук вбежала в то-раф, выскочила с новыми мужскими торбазами в руках, про­
неслась к нартовой дороге Кевонгов и помчалась по ней что есть силы.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Лидяйн смеялся и дурашливо указывал пальцем вслед сестре:
— Вот безмозглая-то! Далеко не убежишь!
Он быстро и привычно набрал кругами лахтачий ремень, бросил на нарту, запряг
собак.
Ньолгун поступил как требовал обычай: перевязал голову поверженному сопер­
нику.
Люди расходились. И лишь Касказик, растрепанный и жалкий, сидел на истолчен­
ном множеством ног снегу, вскидывал руки и спрашивал:
— Что же произошло, люди? Что случилось в этом мире? Что случилось, лю-ю-
ю-ди?