Page 337 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

«Уйди, уйди, пока еще можно уйти», — умолял в душе Пларгун. Но охотник снова
поднял ружье, прицелился и выстрелил. Медведица впрыгнула на вершину бугра,
оглянулась и с устрашающим рыком помчалась по мари на Нехана. Казалось, ника­
кая сила не остановит ее, огромную, всесокрушающую. В один миг медведица про­
летела через марь, в два прыжка оказалась на мысу. Тут на мгновение ее остановил
новый выстрел. Но только на мгновение. Еще три прыжка, и она настигла охотника.
Следующий выстрел поймал ее в прыжке. Медведица мотнула головой и дико
взревела, но не остановилась, подалась вся вперед. Еще прыжок. Последний пры­
жок. Пларгун в ужасе закрыл глаза. Тут он улышал еще один выстрел. Когда открыл
глаза, медведица грузно рухнула — охотник едва сумел отскочить в сторону. Пларгун
сломя голову помчался к мысу.
Глаза Нехана сверкали. Было видно, какого громадного усилия потребовала от
него эта схватка. Медведица лежала со снесенным черепом: выстрел дробью в упор,
когда дробинки идут плотно, как единая свинцовая пуля, страшен. У разбитой головы
зверя валялись четыре стреляные гильзы. Юноша поднял их — они были еще горя­
чие и пахли порохом. Пларгун удивился не тому, что Нехан дробью убил громадную
медведицу; где-то в душе он верил, что знаменитый охотник способен на невозмож­
ное, удивило его другое — человек в какой-то миг сумел трижды переломить ружье,
заменить пустые гильзы заряженными и выстрелить по мчащемуся зверю три раза.
Это невероятно. Хотя Пларгун своими собственными глазами видел это минуту на­
зад... Нехан перезаряжал только правый ствол. А левый держал на крайний случай.
Последний прыжок медведицы, когда она уже разинула клыкастую пасть, еще не
был крайним случаем — левый ствол так и остался неиспользованным. Что же тогда
является крайним случаем для этого человека?
— Куда девались медвежата? — спросил Нехан.
— Я смотрел только на медведицу, — признался Пларгун.
— Ничего, далеко не уйдут. Мы их поймаем. Нужно только собак привести. Они
мигом нагонят, — спокойно, будто звери уже добыты, сказал Нехан.
Он схватил медведицу за плечи, сильным рывком перевернул зверя на брюхо
и вытянул лапы. Медведица приняла позу человека, который, распростерши руки,
забылся глубоким сном...
Высокое подслеповатое солнце разогнало туман, а Лучка все строгал и строгал
черемуху. Острым ножом снимал с дерева тонкие длинные стружки. Они свивались
упругими кольцами, образуя пышный венчик. Чтобы венчик не распался, старик свя­
зывал стружки лыком. Затем высоко поднимал дерево и встряхивал. Стружки выбра­
сывали длинные языки, шелестели, вновь свивались кольцами и умолкали.
Пока старик выстругивал священные стружки — нау, Нехан и Пларгун успели от­
лить в формочке штук двадцать тяжелых круглых пуль.
Закончив строгать нау, старик с трудом выпрямился, утомленно кряхтя, поднялся
на кривые затекшие ноги и медленно пошел в чащу.
«Долго он еще будет возиться? Только теряем время!» — недовольство черной
тенью скользнуло по широкому лицу Нехана. Но тут же он уступил: «Ладно. Мед­
ведица — первая добыча. Хотя бы поэтому нужно соблюсти древний обычай. Да и
обижать старика не хочется. Пусть потешится». Так думал знаменитый охотник. Сам-
то давно не верит в святость ритуалов. Но иногда нет-нет да закрадется в его душу
сомнение...
— Твой свинец давно сгорел! — ни с того ни с сего разозлился Нехан.
Пларгун схватил банку и вытащил из костра: в капле жидкого, как ртуть, свинца
333