Page 376 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

Пларгун, натянув шкурки на распялки, соскребал остатки жира и разговаривал с
собакой:
— Что ты облизываешься? Голоден? Думаешь, я не хочу есть? Я тоже хочу. Только у
тебя есть что есть, а у меня все на исходе. Муки осталось на неделю, мясо кончилось,
консервов тоже мало. Скоро кончится соль. И сахару-то осталось на неделю-две. Что
я буду делать? Тебе-то что, ты будешь есть соболей... Тьфу, тьфу, тьфу, не сглазить бы.
Вот закончу со шкурками и сварю тебе двойной суп из соболя и выдры. Какая собака
пробовала подобное блюдо? Ну, скажи! А выдра, видишь, какая жирная. Отменный
будет суп.
Кенграй стоял рядом, внимательно следил за движениями хозяина.
— Можно подумать, что ты проходишь курсы по первичной обработке шкур.
Смотри, смотри. Хорошо бы, если б у нас с тобой было разделение труда: я бы ловил
соболей, а ты снимал с них шкурки. В этом деле главное — не скатать шерсть, не
сбить ости, — поучал Пларгун, вспоминая наставления старого Лучки.
— Ну что, идет?
Но собака не сказала ни нет, ни да. Она выжидающе уставилась на дверь.
— Что это?
Пларгун приоткрыл дверь. Донесся морозный скрип снега, потом появился чело­
век в ватной телогрейке и оленьей шапке. Человек легко скользнул по охотничьей
лыжне.
Это был Нехан.
Почему он шел по путику, а не напрямик вдоль реки?
Нехан, разгоряченный дорогой, подкатил к избушке и, встретив недоуменный
взгляд хозяина, сказал, будто оправдываясь:
— Я ходил по своему кругу и, чтобы не делать большого обхода, прошел твоим.
У меня к тебе дело...
Выждав минуту, добавил:
— Хорошие места у тебя, богатые зверем. Ну, как дела? Асам глянул на Кенграя,
который выскочил было навстречу, но вдруг остановился, повернулся и отошел в
сторону.
Нехан втиснулся в дверь, сел на листвяжный чурбак. Глянул на распяленные шкур­
ки и поднялся, пощупал мех.
— Охо! Вот это добыча! Соболь и выдра в один день! Здорово! Здорово!
В голосе Нехана звучала фальшь, восхищение какое-то не настоящее. А может
быть, просто показалось? Ведь Пларгун мало знает этого человека.
Пока варили чай, шел разговор.
— Значит, тайга не очень скупа? — переспросил Нехан.
— Как сказать, щедра ли она ко мне. Наверное, я сам такой неловкий на удачу —
всего два соболя и одна выдра.
— Что ты говоришь? — удивился Нехан.
— Я пропустил малоснежье.
— Как так?
— Кенграй... Он долго болел после вашего удара.
— А-а-а-а... Черт возьми. Они, гады, сожрали все масло. Оставили нас ни с чем.
Я, может быть, малость погорячился тогда. На моем месте всякий поступил бы так.
Нельзя же допускать, чтобы из-за собак мы все подохли с голоду.
Лицо не лицо, а тугой мешок с кровью надвинулся, навис над юношей. Малень­
кие, запрятанные под толстыми веками глаза так и сверлили Пларгуна.
372