Page 159 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

— Еще давай, — потребовал Гриша. — Мне и Нилу.
Чочуна перехватил мешочек посредине и стал мелко трясти. Золото стекало
струйкой.
Чочуна глянул на Нила — тот лежал скорчившись и тихо стонал. Чочуна отсыпал
треть мешочка, быстро перевязал, бросил в котомку.
— Хватит тебе на всю жизнь. Вот тебе ружье, — он протянул ружье хунхуза, но
тут же одумался. Винчестер. Чочуна понимал толк в ружьях. Американские ружья
пользовались самым большим спросом у охотников. Не отдавать же! Чочуна еще раз
окинул оценивающим взглядом винчестер, положил на траву, придавил коленом.—
Возьмешь берданку. Тоже хорошо бьет.
Чочуна полез в карман, нащупал патроны. Гриша молча наблюдал за ним. И, уга­
дав в этом взгляде что-то, Чочуна спрятал патроны. Поспешно закинул котомку за
спину, схватил винчестер, рывком поднялся и шагнул в степь.
— Патроны! — Гриша подался было вслед за Чочуной, но наткнулся на дуло вин­
честера.
Он отшатнулся и заплакал. Наклонился над Нилом, попытался было раздеть его,
но подкосились ноги, и, упав на плечо своего старшего товарища, он заголосил горь­
ко и безысходно. Чочуна, кажется, впервые ощутил в сердце щемящую жалость. Он
постоял в нерешительности. И тут увидел, как старик хунхуз, воспользовавшись тем,
что его забыли, перекатился по траве, сумел подняться и рванул в открытую степь.
Старик бежал странно и смешно: руки связаны за спиной, ноги высоко вскидывают­
ся, и при этом колени углом выпирают далеко вперед. Чочуна усмехнулся.
Не-у-дач-ник... Не-у-дач-ник...

Глава 10

Чочуна поездом добрался до Сретенска, а оттуда пароходом спустился в Хаба­
ровск. Около года болтался там. Для начала приоделся во все лучшее, что смог до­
стать в городе. Потом покрыл золотом все зубы. Купил у ювелира бриллиантовый
перстень и золотые часы с цепочкой. Среди хабаровских мещан Чочуна прослыл
наследником якутского князя. Он не знал, кто пустил такой слух, но эта версия льсти­
ла. И когда Чочуна увидел, что его серый мешочек порядком опустел, подался вниз
по Амуру — в Николаевск, в город, который славился обилием предпринимателей,
промышленников и всякого делового люда.
Уже на второй день после его приезда в городе стали поговаривать, что объявил­
ся здесь сын якутского князя, богатый, весь в золоте и бриллиантах.
Теперь Чочуна знал: надо драться, как волк, только так добьешься своего. Гнуть
спину, как дядя Сапрон, — угробишь себя. Идти со знаменем против царя — убьют.
Жаждать счастья, но согнуться перед неудачами, как Гурулев, — останешься ни с
чем. Нил — вот был человек! Или отец. Но он дурак — время сейчас другое, а он все
кнутом размахивает...
Вскоре Чочуна познакомился с богатым рыбопромышленником Никифором
Трошкиным, которому принадлежал большой засольный цех под оцинкованной же­
лезной крышей, полтора десятка смоленых кунгасов и два паровых катера. Жилой
дом из красного кирпича и производственные помещения располагались удобно, на
высоком берегу.
Трошкин имел на лимане заездок длиною в полтора километра. Этот гигантский
забор-ловушка, построенный нивхами на путях рунного хода кеты, каждую осень
155