Page 166 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

между деревьями — скроется. Касказик остановился, высматривая, куда же пойдет
невиданный зверь. А тот спустился по распадку, свернул было в сторону, но увяз в
глубоком снегу. Касказик подлетел, схватил зверя...
Наутро он пришел к шаману, рассказал о сне. Шаман ответил: «Того, кто видел сон
со зверем, ждет радость».
Касказик не стал мучить себя догадками. Вернулся домой и увидел: его жена про­
должает лежать в постели. Неслыханный случай! Жена всегда вставала раньше мужа,
и к тому времени, когда просыпался муж, очаг пылал костром и завтрак ждал хозяи­
на. «Подойди ко мне», — услышал Касказик голос жены. Обескураженный глава рода
подчинился. Когда муж наклонился. Талгук обвила его шею руками, сказала на ухо
шепотом: «У Иньгит будет брат». Касказик ликующе вскрикнул, перевел дыхание, по­
рывисто обнял жену, да так, что та едва не задохнулась.
За одну неполную луну до рождения ребенка Касказик нарубил черемухи и на­
стругал длинные ленты нау — священные стружки. Собрав их в султанчики, обвязал у
основания лыком, обмазал кончики стружек брусничным соком и повесил по углам
то-рафа. Священные стружки должны передать Курнгу — всевышнему духу — просьбу
Касказика. А у Касказика одна просьба: пусть родится продолжатель рода Кевонгов.
В середине лета, когда горбуша тысячными косяками устремилась на нерест, ро­
дился сын. О, крепконогий Касказик сразу стал почитаемым человеком. Он обменял
у проезжего русского торговца шкуру соболя и перья орла на водку. Счастливый
отец и удачливый добытчик щедро угощал соседей. И подтвердил этим свое имя —
имя доброго человека.
Младенец, еще безымянный, обычно покоился в берестяной зыбке, подвешен­
ной за поперечину у потолка. Однажды, расшалившись, раскачался в своей зыбке.
Нау, что висели у потолка, сорвались и, шурша, упали на ребенка. Касказик увидел
в этом доброе предзнаменование, сказал: «Наукуть» — упали нау. Эти слова ста­
рейшего рода превратились в имя — Наукун. Ребенок будет счастливым, решили в
стойбище, и принесет счастье своему роду.

Глава 14

Прошло еще несколько ань. Иньгит научилась шить торбаза, накладывать запла­
ты. А Наукун бегал по мелководным ручьям и на перекатах бил горбушу костяной
острогой. Рыбу он волочил по земле и с великим трудом добирался до то-рафа, а
осилить-то надо было всего какую-то сотню шагов.
По Тыми за лето не раз проезжали разные люди: нивхи, лоча — русские, мань­
чжуры. Разные причины заставляли их двинуться в нелегкие путешествия: одних —
торговля, других — какие-то непонятные нивхам дела, третьих — нужда навестить
родственников.
Чаще других проезжали лоча. Они были самыми непонятными для нивхов. Мань­
чжур — тот понятно зачем ездит: он торговец. И среди лоча встречались торговцы,
военные и еше какие-то там с бумагами. Знали жители Ке-во: далеко в сторону по­
лудня, за хребтами, на берегу моря в местечке Руй вооруженные саблями и ружьями
лоча держат себе подобных, закованных в цепи. И зачем-то заставляют несчастных
рушить горы, пробивать сквозь них отверстия такие большие, что могут пройти сра­
зу десять человек. И еще слышали нивхи, что те, кто в цепях, иногда убегают из-под
стражи и бродят по тайге и сопкам. Говорят, они страшнее медведей-шатунов.
162