Page 238 - Национальная школа

все границы, протянувший руку дружбы к народам мира. Кто он? В чем истоки его
мировоззрения и таланта?
Кто хоть раз видел его родной алас с прозрачным зеркалом озера и нетронутой
зеленью небольшого луга вокруг него, тихим шелестом кудрявых берез и стройных
лиственниц, с замиранием сердца вслушивался в хрупкую тишину, мог как бы
увидеть прошлое и босоногого мальчишку с живыми глазами.
Вот он идет по мягкому ковру зеленого луга, подходит к речке Татта. А речушка,
озорно блеснув на солнце зеркальной рябью, шаловливо скрывается за причудли­
вым поворотом и о чем-то шепчется с кудрявыми березами и гибкими тальниками,
нежно склонившимися над ней, как над колыбелью любимого сына. Мальчик,
включаясь в эту свою ежедневную игру с природой, легко бежит...
Не эта ли дивная красота его малой родины, переполнявшая юное сердце
радостью и восхищением, вдохновила его на поэтическое восприятие окружающего
мира? Не потому ли так сильна эта любовь, так органично связана с любовью ко
всему живому, прекрасному?
Но главное — люди, Человек. Сын бедняка, рано познавший тяготы голодной,
холодной жизни, он испытывал не только жалость к бедному саха, но и, главное,
чувство гордости за свой народ, трудолюбивый, мудрый, упорный, умеющий
преодолевать тяготы. Именно в борьбе за выживание он пришел к философскому
познанию ценности человеческой жизни.
А встречи с легендарными сказителями старины, хранившими в своей памяти
изумительные сказания — олонхо, в которых сконцентрировались народная
мудрость, мечта, фантазия, еще больше наполняли его сердце чувством восхищения
перед родным народом, красотой и богатством родного языка, силой и глубиной
человеческого духа.
В нем рано пробудился интернациональный, общечеловеческий дух. Знаком­
ство с политссыльными, с литературой, искусством русского и других народов
расширило его кругозор, миросозерцание. В этом плане он выше всего ценил
возможность брать у других то, что умножало бы его восприятие мира, обогатило бы
в нем истинно национальное, свое, родное.
И конечно же, развитие своего народа он видел в выходе саха на мировую арену
и потому собирал фольклор, в том числе записывал олонхо, создавал институт
языка и литературы, всячески поддерживал тех, кто занимался этим, сам писал,
переводил.
И сегодня можем сказать что мечта просветителя сбывается — началось
возрождение народа саха, его истории, культуры, обычаев и традиций. Малой
толикой этой огромной работы мы считаем проведение литературного праздника
«Ойунские Дни» на нашей древней земле, в музее-усадьбе П. А. Ойунского. Это не
только увековечение памяти поэта, философа, человека с большой буквы. Это
возрождение духовных начал народа саха.
Я, старая учительница, глядя на юные лица моих земляков, исполняющих
напевный тойуж, величавое олонхо, удивительные узоры танца осуохай, слушая
дивные звуки хомуса, думаю о нем и вижу его счастливые глаза, слышу его
ликующие строки, обращенные к человеку:

Вольный, сильный, счастливый,
Воссияй на века!
А как был бы счастлив он сегодня на этой конференции, международной — и,
значит, общечеловеческой.

234