Page 217 - Владимир Санги. Талыллыбыт айымньылар

соком брусники. Девушка юркнула в то-раф — только косы взметнулись, как крылья.
За Ланьгук степенно повернулась и исчезла другая женщина. Это Музлук — жена
Хиркуна. «Наверно, чай пили — раз собрались все в то-рафе родителей», — рассудил
Ыкилак.
Эмрайн прикрикнул на собак, и те смолкли. Лишь некоторые поскуливали, зави­
дев суку, которая нагло и независимо прогуливалась по стойбищу. Непривязанные
кобели, тесня друг друга, обхаживали ее. «Ах ты бессовестная! Нахалка! Ведь срок
твой еще не вышел!» — корил ее про себя Касказик, а вслух сказал, оправдываясь:
— Увязалась за нартой. Гнал, да разве послушается, тварь этакая. Всю дорогу толь­
ко и мешала.
Эмрайн, криво ступая, подошел ближе.
— Как дорога? Наверно, нелегко было?
Лидяйн вполголоса спросил Хиркуна:
— Не за Ланьгук они?
— Откуда я знаю, разговора ведь еще не было?
И уже на правах старшего не счел нужным скрывать недовольство:
— Ты вечно спешишь. Сходи, позови женщин — пусть помогут распрячь упряжку
да собак покормят. Лидяйн ответил обиженным взглядом исподлобья, но повино­
вался. Не успел открыть он дверь, как ее толкнули изнутри. Вышли Псулк, Музлук и
Кутан, младший брат Эмрайна, родовой шаман.
Ыкилак двигал плечами, размахивал руками, чтобы изгнать из себя холод — день
был безветренный, но морозный воздух, казалось, проник во все поры, выстудил
кровь. «Еще подожду. Как пальцы отойдут, распрягу». Но ему не пришлось заняться
этим. Подошли широкоскулая и плоская, как плашка для распялки шкур, Псулк —
жена Эмрайна и с нею на редкость крупная и статная Музлук.
— И-и-и, — улыбнулась Псулк младшему Кевонгу. — Какой большой и красивый
стал мальчик.
Она широко и уверенно шагнула к упряжке. Нартовые псы, поначалу с подозре­
нием встретившие женщин, повиновались умелым рукам.
Вечером после чая по традиции пришло время сказаний. Гости должны расска­
зать свой тылгур1. И когда Касказик почувствовал, что окружающие накурились и
настроились слушать, рассказал короткое предание.
Три охотника — ымхи, человек рода зятей, и два ахмалка, люди рода тестей, —
пошли в тайгу ставить петли. Ымхи был бедный, неженатый. Ему нужно добыть собо­
лей на выкуп. Ахмалки же — из богатой семьи, где было много мужчин-добытчиков.
Ымхи, если охота окажется удачной, женится на сестре ахмалков.
Пришли охотники в сопки, срубили балаган, расставили ловушки. Ымхи поставил
тридцать ловушек, младший ахмалк — пятьдесят, старший ахмалк — триста.
Прошел день, прошел второй. Пришли охотники проверять ловушки. Ни в одной
ловушке нет добычи.
Принесли охотники Пал-ызнгу жертву: табак, корни сараны. Старший ахмалк ска­
зал: «Добрый дух, пожалей меня за все мои страдания — вон сколько ловушек я
выставил».
Пошли на следующее утро охотники проверять ловушки. Шли, шли они по рас­
падкам и сопкам, видят: идет по сопке красивая девушка, зовет: «Кыть, кыть, кыть!».
Так скликают щенков покормить. Идет красавица по склону сопки, зовет: «Кыть, кыть,

1 Тылгур — предание, сказание, легенда.
213