Page 87 - Национальная школа

система образования, которая решает вопросы общегосударственной идентично­
сти. Но и для французов, и для британцев сегодня очень важным оказывается, как
и для нас, возвращение к выяснению вопроса: каково же соотношение между
государственной системой и этнокультурными потребностями народов, влючен-
ных в эту систему. Ведь произошло в англоязычной системе британского образова­
ния возрождение валлийского языка, который возвращен из небытия. С другой
стороны, как интегрировать в систему образования те меньшинства, которые в
последнее время наводнили Европу: турок, арабов, негров, выходцев из Юго-
Восточной Азии? Для наших западных коллег эта проблема — весьма острая.
Поэтому те вопросы, которые будут обсуждаться нами, должны быть отчетливо
разведены, и в первую очередь по пониманию, что есть «национальная система
образования».
Существует ли сегодня нация под названием «российский народ»? Если есть, то
есть и национальная система образования, российская. Если нет, то нет и
национальной системы образования, подобной французской, английской. Может
быть, это предмет дискуссии, но, по моему глубокому убеждению, такой нации нет.
Если нет общероссийской нации, то нет российского самосознания и у каждого
из нас. Во всяком случае, это не сформировано настолько, чтобы на вопрос «Кто
ты?» каждый из нас ответил: «Я — татарин, но я — россиянин», «Я — якут, но
я —россиянин», «Я — чуваш, но я — россиянин». Уровень этнической самоиденти­
фикации и уровень национальной самоидентификации в европейском смысле —
разные. И ни тот ни другой из них не сформировались достаточно полно.
Если нет нации под названием «россияне», то, по-видимому, нельзя говорить в
научном смысле о нациях, имея в виду какие-либо народы России, в том числе и
самих русских. Нет понятия нации и в рамках государственных образований внутри
России. Ибо, если возьмем Татарстан, разве есть нация татарстанцев? Или нация
якутстанцев? Нет таких наций.
Но ставила ли система образования когда-либо задачу формирования этих
наций в рамках этих государств? Никогда! А задачу формирования общероссий­
ского самосознания? Тоже никогда! Ставилась другая задача — создать советский
народ как внеэтническую нацию, новую историческую общность людей. Любому
государству необходимо иметь нацию. И советское государство было, естественно,
в этом заинтересовано. Но этот опыт, как мы видим, тоже был неудачен.
Возникает проблема — нахождение оптимального пути в национальной поли­
тике в области образования, который позволил бы решить одновременно сразу
несколько проблем:
1. Обеспечить при помощи системы образования этнокультурную идентифика­
цию человека. Эта задача по преимуществу региональная.
2. Способствовать формированию общероссийской идентичности, общеграж­
данственного личностного самоопределения россиян. Это задача по преимуществу
федеральная.
3. Вписывание этих двух самоидентичностей в общемировое самосознание.
А это наша общая задача.
Таким образом, у нашего образовательного пространства есть три измерения:
этнокультурное, общенациональное и планетарное.
Мир становится открытым, информационным. Мы все включаемся в мощней­
шие силовые поля всевозможной научной, пропагандистской, агитационной,
культурной, религиозной и прочей информации. Мы себя должны осознать в этом
мире. И когда эти три уровня мы мысленно соединяем, возникает задача
невероятной сложности. Но не только эта задача стоит перед нами: дело в том, что

83