Page 70 - Пухов И.В. От фольклора к литературе2

ют, кругом беды и несчастья. Оказалось, что одному ка­
ким бы могущественным шаманом он ни был победить
невозможно. Существующий несправедливый порядок
способны разрушить лишь сами обездоленные люди.
Придя к такому убеждению, Красный Шаман надевает
шаманский костюм, 'берет бубен и колотушку, достает
старинный длинный якутский нож. Он заклинает этот
старинный боевой нож закалиться на крови господ и
богачей и быть беспощадным к врагам в момент, когда
батрак пойдет против своих мучителей, против неспра­
ведливого правопорядка. Потом втыкает его в шесток,
что по старинным представлениям якутов означало
внедрение в нож «илбиса» — жажды боя, жажды кро­
ви.
Затем, ударяя колотушкой о бубен, он клянется
«сверкающей золотистой искрой очага, его густым синим
пламенем, своими летающими грозными крыльями».
Далее следует ряд поэтических параллелей, передан­
ных в форме клятвы Красного Шамана: он отказывает­
ся от своих богов и заявляет, что предпочитает мирскую
жизнь с ее несчастьями, он выражает уверенность, что
счастье наступит для всех лишенных его сейчас, неспра­
ведливая жизнь будет сметена, не будет ни богатых, ни
бедных. Тот, кто несчастен и беден сейчас, повернет свою
судьбу, избавит мир от зла, принесет всем благословен­
ную счастливую жизнь. Заканчивает Красный Шаман
так:

Не будет больше черного проклятья,
Разобьется кровавая кабала,
Двуногий — велик,
Двуногий — божество. (28, 3, 143)
В эпилоге появляется Кутурхан Куо — девушка, оли­
цетворяющая народную скорбь и мудрость. Через плечо
ее свисает вниз головой змея — символ мудрости, в руках
у нее медный жезл с яркой звездой на конусе. Красный
Шаман, поклонившись ей до земли, опускается на ко­
лени. Кутурхан Куо, подняв руки, произносит слова ве­
ры в жизнь и в человеческий разум, которые Красный
Шаман повторяет как клятву. Потом оба произносят за­
клинание о наступлении счастливой жизни и гибели той
жизни, в которой были война, гнет богатых над бедны­
ми.
68