Page 213 - Дуендун
P. 213

Иннокентий Сыроватскай - ДүөнДүн


               Манчара                                          Манчаары:

              (Перед огнем погруженный в глубокое раздумье)        (Уот иннигэр дириҥ толкуйга түһэн олорор)

                  Нет, тяжело навеки оставлять                    Төрөөбүт дойдуттан букатын
                  Ту сторону, что родиной зовется,                Арахсар баар эбит, ыарахан.
                  В ней так легко, так весело дышать,             Дойдугар сылдьар диэн атын,
                  Вольнее в ней и тише сердце бьется,             Салгынныын тыынарга ырааһыан.
                  В ней нищету и горести душа                     Сүрэх да көҥүллүк тэбиэлиир,
                  Свободнее, ровнее переносит.                    Туох баара эйиэхэ мичиҥниир.
                  И человек, хоть кое-как дыша,                   Аччык да, хомолто бэйэҕэ баара
                  Все об одной награде Бога просит,               Ыар баттык, сүгэһэр буолбаттар.
                  Чтоб спать в гробу меж дедом и отцом            Өбүгэм өтөҕүн таһыгар «Таҥара
                  С безжизненным, но радостным лицом.             Уҥуохпун хааллар диэн ааттаһар
                  Лишенный прав наследия и чести                  Чэпчэки сүрэххэр, санааҕар!
                  Как легкая добыча клеветы,                      Тус бэйэ быраабын, чиэһин былдьатан
                  Я уберег одно лишь право мести -                Хараҥа балыырга хааммын тохпутум,
                  Смердящий плод людской неправоты.               Кырдьык үрдүгэр сымыйа ыттарын
                  С тех пор моя душа одним ожесточеньем,          Утары охсуһар суолу туппутум.
                  Как бездна тьмой, питалась и жила,              Ол онтон ылата өс-саас өһүөмньү
                  С тех пор на божий мир глядел я с отвращением,   Өйбөр-сүрэхпэр уйаламмыта.
                  Мне виделись в нем только духи зла.             Тулалыыр эйгэм көрүнньүк
                  И я свершил земное назначенье,                  Абааһы ыыра буолан көстүбүтэ.
                  Закончил все житейские дела,                    Сирдээҕи аналбын тумнаммын
                  Стал пуст и нем, как старая могила...           Олоҕум түөрэҕэ түҥнэстибитэ.
                  Но родина еще мне не постыла,                   Ол эрэн төрөөбүт дойдум тардыыта
                  Моя душа ее не разлюбила.                       Сүрэхпин наар манньыта угуттуур:
                  Еще мне мил тот луг, где я играл                Өйбүттэн арахпат алааһым алыыта,
                  Давно, когда был крошечным ребенком,            Үөскээбит тиэргэним тулата.
                  Где для сестры пострелы собирал                 Балтыбын мииннэрэн, ат буолан
                  И был для ней двуногим жеребенком,-             Балаҕан дьиэбитин эргийэ сүүрэрбин
                  Возил ее вкруг юрты на спине,                   Аҕалаах-ийэбит биһиги көрбүтүн
                  Отец и мать так утешались нами...               Таптыы көрөллөрүн өйдүүрбүн.
                  Ох, невпопад приснилось детство мне.            Тоҕо оҕо саас түүл буолан көһүннэ.
                  К чему теперь счастливой жизни с нами           Туох иһин дьоллоох кэм дьүһүлгэнэ
                  Больную грудь, как пыткою, терзать? -           Сүрэхпин моруу гыннаҕай?
                  Дух матери не может мне сказать                 Ийэм сүрэ-кута дойдум сириттэн
                  От родины привета на разлуку                    Арахсар сахпар ахтылҕан бэлиэтин
   208   209   210   211   212   213   214   215   216   217   218