Page 111 - Пухов И.В. Якутский героический эпос олонхо

Скрываясь вдали, в отдаленном темном лесу,
Что на правой стороне города Иркутска;
У него такие подвижные,
Черненного серебра брови и глаза,
Словно брови и глаза сладили ему,
Распластав на две половины
Черную лисицу, которая выросла,
Скрываясь в отдаленном темпом лесу,
Что на левой стороне города Камчатки54.
Гладкие белые руки <богатыря>
Словно лиственница, очищенная от коры;
Длинные мощные ноги его —
Как лиственница со снятой корой.
У него огромная спина,
Как сколоченная из девяти лесин
Большая лодка-каюк, поднятая стоймя;
Широкая, выпяченная грудь его,
Как сделанная из семи плотно пригнанных лесин
Настежь распахнутая дверь юрты у богатых людей.
С высокими бедрами в три маховых сажени,
Стройный в талии — в пять маховых саженей,
С широченными плечами в шесть маховых саженей,
С прямой гладкой шеей в четыре маховых сажени;
Крепко слаженный, быстрый на ноги,—
Он на целую тетиву выше других людей,
На голову выше рослых якутов,
На целую пядь выше других богатырей;
Он красивейший из людей,
Царь якутов,
Наилучший из племени55.

Портрет богатыря Когюдей-Мергена из алтайского эпоса
“Маадай-Кара” в ряде моментов сходен с портретом богатыря
Юрюнг Уолана из олонхо “Грозный Разящий” в фиксации
С.В.Ястремского. В них нет развернутых сравнений и эпитетов.
Но приемы описания и сами предметы (среди которых на первом
месте небесные светила), привлекаемые для сравнения, дают по­
вод говорить о большой их близости.
Если в олонхо общий вид богатыря сравнивается с солнечным
блеском или сиянием (в записи Ястремского: “Как заходящего
солнца блеск, вид его // Как восходящего солнца сияние, облик

109