Page 117 - Пухов И.В. Якутский героический эпос олонхо
P. 117

Не зная, как быть, стояли.
                   В это время сине-серый конь:
                   — Плетку бросай назад,— говорит,
                   Когда бросил он плетку,
                   Весь скот обратно ушел.
                   — Нож бросай назад,— говорит.
                   Когда бросили обратно нож,
                   Весь народ ушел домой63.

       В олонхо очень часто встречается подобный сюжет. Но если
     в “Маадай-Кара” и герой, и невеста не хотят брать с собой скот и
    людей, их насильно навязывает поздно раскаявшийся отец невес­
    ты (давая волшебные предметы), то в олонхо сюжет развивается
    несколько иначе. Герой и здесь не хочет брать скота. Но зато жад­
    ные невесты разоряют родителей, уводя с собой весь скот, забрав
    символические предметы, как, например, в олонхо “Юрюнг
    Уолан” Н.С.Горохова: “На четвертый день Юрюнг Уолан стал со­
    бираться домой”64. Хан Харахан-тойон отделил для дочери
    третью часть всего своего скота, всех своих рабов, а та сказала:
     “Мне не надо ни скота, ни рабов, ты мне дай только одну оброть
    жеребячью, один намордник телячий, одну ложку деревянную,
    одну пуговицу и одну люльку детскую, мне и этого довольно на
    чужбине, чтобы вспоминать о родной стороне”). Хан Харахан-
    тойон согласился, и поехал Юрюнг Уолан с женой. Отъехавши на
    середину поля, Ытык Ымыялан Куо помахала по воздуху обротью,
    намордником, ложкой и люлькой.
        “Увидели жеребята свою оброть и сказали: “А мы от своей об­
    роти не отстанем!” И все пошли за Юрюнг Уоланом. Увидали это
    кобылы и сказали: “Коли дети наши ушли, нам незачем оставать­
    ся”,—и пошли за Юрюнг Уоланом. Увидали это жеребцы и сказа­
    ли: “А мы без жен тут не останемся”, — и пошли за Юрюнг Уо­
    ланом. Таким же порядком пошли коровы <вслед за уходящими
    телятами>, вся домашняя утварь — за ложкой, все рабы — за деть­
    ми (имеется в виду, что дети пошли за люлькой, матери за деть­
    ми, мужчины — за женами.— И.П.) Остались дома только стари­
    ки Хан-Харахан да Симяхсин-эмээхсин”65. Последняя, увидев,
    что уходит весь народ и скот, поспешно втащила в избу несколь­
    ко охапок сена и старой берестяной посуды и, зажегши это, крик­
    нула что есть мочи: “Эй, ты, Ытык Ымыялан Куо! Повиснувши

                                   115
   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122