Page 163 - Пухов И.В. Якутский героический эпос олонхо
P. 163

якутских олонхо (авахи — якутские абаасы), но и по характеру
     действий сходен с чудовищами якутских олонхо.
       Общее в героических сказаниях эвенков и в якутских олонхо
     не всегда результат заимствования одного народа у другого. Не­
     редко общность идет от общих древних истоков: как уже говори­
     лось, эвенки и якуты жили по соседству с незапамятных времен.
     Так, герои нимнгаканов называют себя “уранкай”. Известно, что
     урангхай — древнее самоназвание якутов. И сейчас трудно опре­
    делить, кем и у кого оно могло быть заимствовано. (Замечания
     покойной Г.М.Василевич об истоках этого названия кажутся до­
    вольно убедительными [6, 340]).
       К древней общности относятся, по-видимому, и понятия “Си-
    вир” (эвенкийское) и “Сибиир” (якутское) как название родной
    земли [6, 338—339].
       В эвенкийском эпосе и в олонхо — общая жизненная тема:
    борьба за женщину, в более общем плане — за продолжение рода.
    Причем если в олонхо герои прямо отправляются на поиски не­
    весты, то в эвенкийском эпосе это часто маскируется желанием
    “увидеть мир”, “познакомиться с миром”, что в конечном счете
    также приводит к поискам невесты.
       Герой и в эвенкийском эпосе, и в якутском олонхо — первый
    человек, а если у него есть семья, то это — первые люди на зем­
    ле. С этим связан и мотив первоначального одиночества героя.
    Понятно, что в древности эти мотивы могли иметь общий корень.
       К такого рода общностям, возможно, относится и песенно­
    стихотворный характер монологов героев и других персонажей.
       Но предсказание того, что должно случиться, с последующим
    повторением всего события при его исполнении можно предполо­
    жительно считать влиянием олонхо, где этот прием является од­
    ним из самых распространённых, а в эвенкийском эпосе встреча­
    ется сравнительно редко [6, 188]. Это очень яркое и впечатляющее
    место как в олонхо, так и в нимнгаканах. Возможно, поэтому в
    эвенкийском эпосе оно кажется неожиданно пространным.
       Вероятно, влиянием олонхо надо объяснить и обещание по­
    бежденного авахи вернуться и отомстить, как правило, выражае­
    мое формулой: “Когда твой сын впервые будет играть белкой, ког­
    да твоя дочь станет резать ножницами...” [6, 195].
                                   161
   158   159   160   161   162   163   164   165   166   167   168